— А ну, красавчик, рассказывай, что знаешь! — потребовала она.
— О чем ты? — вяло отбивался Эрхан.
— О девочке. Про дочку Корта рассказывай, не юли. Не зря ты разговор завел. Да и сразу знал, что девчонка. Живая, значит?
— Живая. Выловили её.
— Ну слава богине! Корт до сих пор простить себя не может. Где она сейчас?
— А тебе зачем? — насторожился молодой человек. — У вас скоро свой ребенок будет, рано или поздно Корт утешится.
— Ребенок Корта — мой ребенок, — прошипела Коранна. — Неужели ты думаешь, что я от него это скрою? Спрашиваю еще раз — где она?
— Забрать хочешь?
— Конечно! С родным отцом ребенку будет лучше, чем с чужими людьми.
Взвесив все за и против, Лекс решил сказать правду. Тариэль все равно был уже на полпути к проливу в Северное море. Он хотел испробовать новое изобретение и перетащить корабль по ледяным торосам. Проход открывался только через пару лет.
— Её выловил твой любимый враг — Северный Ветер.
Коранна застонала и пару раз стукнулась головой об стенку.
— Этого мне только не хватало. У нас и так с ним война… Что он с ней сделал?
— Воспитывает как свою дочь. Между прочим, очень ее любит. А если дочка Корта — твоя дочка, то у вас с Та… с Северным Ветром общий ребенок…
— Дьявольщина! Этого-то мне и не хватает для полного счастья! Как же мне её теперь достать? Корту, конечно, придется его убеждать самому.
— Ничего не выйдет. Северный Ветер уже в Северном море… Сама понимаешь — это надолго.
— Он взял её с собой? Ты её видел? Какая она?
— Она крылатая, — пожал плечами Эрхан.
— А еще? — Коранна с жадностью смотрела на него.
— Блондинка. Кудрявая такая. И очень сильная. В ней магии немеряно. Она прямо хлещет этой магией! А так… Маленькая, худенькая, хорошенькая. Любопытная и озорная, как любой ребенок.
— Ох! Как бы я хотела такую дочку, — вздохнула Коранна. — Пожалуй, я пока не буду рассказывать Корту, чтобы не тревожить его лишний раз.
Глава 14 Грифоны
Коранна:
— А когда я очнулась, на меня смотрело самое невозможное существо! Больная пушистая кошка, знаете, как на помойках — серо-полосатая — с птичьей головой и крыльями. Я тогда подумала, ну все, уже миражи пошли. Вроде еще суток не прошло.
И так, знаете, благожелательно спрашивает: «А вы тут по делу лежите, или просто так? Вы не подумайте, я не любопытный, но вдруг вам помощь нужна?»
А я такая говорю: «Дожили! У всех миражи как миражи, а у меня ерунда какая-то! Ладно б колодец привиделся, или караван какой, а тут кошкоптицы говорящие…».
Как он оскорбился! Аж хвост дыбом! «Я, — говорит, — Грифон! Совершенное создание! А то, как Вы меня обозвали, слово ругательное, и попрошу впредь его не употреблять! Всего хорошего!»