Лиэль шагнула в комнату, мгновенно скидывая мокрое платье и сандалии. Прошлепав по комнате, оставляя на беленом полу мокрые отпечатки ног, она разыскала полотенце и сухую рубаху. Таланы в горнице не было, видимо, забежала в чей-то дом. Зашнуровать на спине рубаху было некому, поэтому девушка просто накинула её на плечи.
— А говорили, не получится, — неожиданно сказал внутренний голос.
— А разве получилось? — возразила Лиэль.
— А разве нет? Что-то он не слишком вспоминал о Тариэле, когда целовал тебя.
— Мало!
— Это только начало, только начало…
В дверь постучали. Лиэль распахнула её рывком. На пороге стоял Эрхан, мокрый и ужасно милый. Он хотел что-то сказать, но застыл с открытым ртом. Неудивительно! С полотенцем на голове, в тонкой рубашке, едва державшейся на плечах, больше открывающей, чем прячущей, она выглядела возмутительно… непристойно… соблазнительно…
— Чего надо? — резко спросила Лиэль, мгновенно вспомнив его неуклюжие извинения.
Эрхан очнулся, закрыл рот и коротко кивнул, обрызгав её влагой с длинных, до плеч, волос.
— Доброй ночи, — спокойно сказал он. — Выезжаем завтра вечером, днем будет слишком жарко.
Он развернулся и ушел. Лиэль недоуменно смотрела ему в спину. Дождь уже почти успокоился, ласково шурша в траве.
А где-то на сеновале, куда Арвур затащил попавшуюся ему на глаза «сердитую девушку», мужчина пытался объяснить Талане, что она оскорбительно прекрасна и невыносимо хороша, а девушка в ответ сказала… много, красиво и ядовито, как она умела. Неудивительно, что бывшему пирату это совершенно не понравилось, и он тоже много что сказал… а потом и сделал.
Талана заявилась только под утро, сверкая шалыми глазами, разбудив Лиэль.
— Где я была, там меня уже нет, — пропела она на вполне закономерный вопрос, осмотрела свой инструмент, обеспокоенно вздохнув. — Эх, струна лопнула, — и, упав на топчан, мгновенно заснула.
* * *
Арвур проводил их до пустыни. Это не входило в его обязанности, но он ехал с Эрханом и его спутницами рядом и бросал на Талану странно-задумчивые взгляды. Девушка, впрочем, его демонстративно не замечала. Лошадка капитана стражи, без труда выдерживающая столь мощного всадника, то и дело порывалась обогнать медлительных ящеров.
На границе они распрощались. Не поехали дальше и Корт с сыном. Им нужно было возвращаться в университет. Без Лиэль они вполне могли воспользоваться порталом, а не ехать обратно несколько недель. Лишнюю пару слоноящеров Корт подарил пограничному гарнизону, уверяя, что в пустыне эти животные незаменимы.
Действительно, как только трава стала желтой и сухой, а земля — твердой и растрескавшейся, ящеры оживились. Когда начались пески, они и вовсе распластали лапы, прижались брюхом к горячему песку и словно бы поплыли. Их больше не раскачивало, они скользили стремительно, оставляя за собой широкий след, без труда преодолевали барханы и песчаные холмы.