«Что я делаю?» — пронеслось в её голове.
Она вырвалась из его объятий, с испугом уставилась на него.
— Что вы делаете? — спросила она растеряно.
— Я тебе говорил, что ты прекрасна? — спросил он, тяжело дыша. — Самая красивая…
Лиэль в отчаянии вскрикнула, вскочила и бросилась вниз со скалы.
Да! Демон внутри неё заверещал, забился. Ему не хотелось умирать. Крылья словно бы со скрипом расправились, задвигались. Лиэль сквозь черную боль ощутила безумную, невероятную силу. Казалось, она может все. Легко взмахнула крыльями, лишь удивившись мимоходом, что не чувствовала их раньше. Боль ушла, зрение невероятно обострилось. С глаз словно сдернули пелену. Она могла рассмотреть каждую соринку на земле, каждого муравья, каждую рыбку на дне озера. Невероятная красота окружающего мира поразила её. Зеленые цвета растений, пестрые шатры, голубизна неба, миллионы оттенков в каждой песчинке, совершенная красота прожилок каждого листа…
— Ограничивай силы, ограничивай! — заверещал над ухом Горхель. — Сдохнешь же! Выключай зрение, слышишь!
Лиэль, немного очнувшись, встряхнула головой.
— Ты давно здесь? — удивленно спросила она грифона.
— Уж полчаса пытаюсь до тебя докричаться, — облегченно вздохнул Горхель. — Эрхан уже всех на уши поставил.
— Полчаса? — изумилась Лиэль. — Да я же только что…
— Не дури, — резко сказал грифон. — Давай вниз.
Лиэль сделала крутой вираж — ах, как сладко замирало в животе от ощущения полета! — и стрелой помчалась к земле.
— Осторожнее! — закричал Горхель, да и грифоны, внимательно наблюдавшие за ними снизу, тоже встревожено хлопали крыльями.
У самой земли девушка плавно затормозила и спокойно приземлилась. Она оглядела себя, порванное белое платье, грязь и ссадины на ладонях, грифона, сияющего золотым светом с багровыми тревожными отблесками, покачала головой и легким движением руки преобразила свое платье в белую с золотой полосой на подоле тунику до колен.
Горхелькрякнул и сел на задницу, озадаченно глядя на нее.
К Лиэль подбежал Эрхан и, схватив её за плечи, начал трясти словно грушу. Несколько раз он прижимал её к себе, отталкивал, разглядывал и снова тряс. Те слова, что он говорил, Лиэль слышала только в доках в обществе пьяных матросов.
— … . Дура! — наконец с чувством закончил он. — Я чуть не рехнулся, когда ты прыгнула. Есть ли у тебя мозги?
Он еще раз встряхнул слегка потерявшую ориентацию девушку, крепко поцеловал её и, наконец, отпустил.
— Что это было? — удивленно спросила Лиэль, потирая плечи. — У меня, кажется, мозги от такой тряски перемешались.
— Ты в порядке? — выдохнула Талана, подбежавшая к ним.