- Да, - ответила я. - Я поеду на переговоры.

В его глазах мелькнуло удовлетворение, но улыбки не последовало. Он лишь медленно кивнул, словно именно этого и ожидал.

- Хорошо, - произнёс он. - Тогда поедем вместе.

Я напряглась.

- Вместе? - переспросила я, не скрывая удивления.

Он встал из-за стола и подошёл ближе. Слишком близко.

- Это важная встреча, Ольга, - спокойно сказал Владислав Владимирович. - И я предпочитаю контролировать такие вещи лично.

Его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем позволяла деловая этика.

- К тому же, - добавил он, понизив голос, - вам будет спокойнее знать, что вы не одна.

Я не сразу нашлась с ответом. Внутри снова шевельнулось тревожное предчувствие, будто эта поездка станет чем-то большим, чем просто рабочая командировка.

- Когда выезжаем? - спросила я наконец.

- Завтра утром, - ответил он. - Подготовьтесь. Это будет… интересная поездка. Со всей документацией ознакомитесь по пути.

«Неужели он… ко мне подкатывает?» -эта мысль настойчиво крутилась в голове, пока я выходила из кабинета Владислава Владимировича.

Его поведение сегодня слишком отличалось от обычного. Я ясно видела, как его взгляд скользнул по моей фигуре, когда я вошла, - не бегло, не случайно, а медленно, оценивающе. И то, как он подошёл ко мне слишком близко, нарушив привычную дистанцию, тоже не выглядело рабочей необходимостью. Это было… личным. Опасно личным.

Всё это совершенно не походило на стандартное отношение руководителя к подчинённой.

Я поймала себя на том, что думаю о нём не только как о начальнике. И это пугало. Влад был симпатичным мужчиной - этого нельзя было отрицать. Уверенный, собранный, с тяжёлой энергетикой человека, привыкшего брать своё. О его семейном положении на работе никто ничего не знал. Кольца он не носил. Ни намёков, ни разговоров.

Но до этого момента я вообще не смотрела на него как на мужчину. Он был лишь моим начальником. Строгим. Давящим. Тем, кого я побаивалась.

А теперь что-то сдвинулось.

Я резко одёрнула себя. Нет. Мне нельзя туда идти мыслями. Совсем нельзя. В моей голове и так слишком много хаоса.

Потому что, как бы я ни пыталась это отрицать, все мои мысли по-прежнему возвращались к Максу. К его молчанию. К тому, что он так и не попытался меня найти. И к тому, что где-то глубоко внутри я всё ещё ждала - вопреки логике, вопреки боли.

Я шла по коридору офиса, стараясь держать лицо и шаг, но ощущение было такое, будто вокруг меня сдвигаются границы. И я уже не была уверена, кто именно опаснее - прошлое, которое не отпускает, или настоящее, которое начинает слишком настойчиво приближаться