— Что значит, «явился»? — не понял я. — Вы меня разве не ждали?

— Ждал, ждал, — Пивень от радости потёр ладони, — только я за тобой собирался бойцов посылать, а ты сам нарисовался. Что, совесть замучила? Или решил на жалость надавить? Так это правильно, чистосердечное признание снижает срок.

— Какое признание? — мне до сих пор казалось, что майор Пивень что-то путает. — Я, вообще-то, пострадавший.

— А это как посмотреть, — ласково проговорил Пивень, — Ты раньше с Дмитрием Савицким был знаком?

— Знаком, — подтвердил я.

— Работали вы вместе?

— Ну, да. В одной организации.

— Тогда я тебе расскажу, что на самом деле случилось, — голос майора стал вкрадчивым. — Вы со своим подельником Савицким проникли в квартиру гражданки Скворцовой с целью похищения имущества. Во время дележа добычи между вами произошла ссора. Савицкий попытался тебя убить, но сам был застрелен прибывшими ЧОПовцами. Ну давай, Северьянов, не тяни кота за яйца, так всё было⁈

— Я был там по поручению фирмы. — изумлённо ответил я, — у вас есть показания…

— Да подтереться теми показаниями! — заорал на меня майор, — Савицкого знал⁈ Знал! В квартире с ним был⁈ Был! А теперь пытаешься нас идиотами выставить и вещдок забрать⁈ Не украл в квартире, украдёшь у нас из-под носа⁈

Значит, флешка всё-таки есть! Это первое, что мозг вычленил из потока обвинений, который обрушился на меня. Понятно, что Мастер разнесёт версию Пивня, да и самого майора в мелкие клочки. Но Мастера ещё дождаться надо. Кто знает, что у двинутого майора на уме.

Мозг услужливо подбросил истории о пытках в полицейских участках. Если хотя бы половина из них — правда, то МосТеховским медпунктом я не отделаюсь. И главное, ничего не сделаешь. Сопротивление полиции, отдельная статья. Может на неё меня сейчас и провоцируют. И какого хера ему от меня надо⁈ План выполняет по раскрытию?

— Можешь с невестой своей попрощаться! — зашёл Пивень с другой стороны, — лет на десять! Девка она видная, замену тебе сразу найдёт…

«Мой номер двести сорок пять… на телогреечке печать…», — замурлыкал майор, заполняя лежащие перед ним на столе бумаги.

— Это не невеста, а адвокат! — не выдержал я всего этого бреда.

Глазки у Пивня забегали. Неужели, испугался? Думал, я простой пацан, оборзевший до того, чтобы явиться за флешкой, а оказалось, за мной кто-то стоит. Огласка, вот чего он боится. Все они больше всего боятся огласки. И полицейские, и МосТеховцы. Рука руку моет, и сор остаётся в избе.

Майор Пивень, глядя на меня, как на рыбу, которая в любой момент может сорваться с крючка, потянулся к телефону.