— Дежурный… тут у меня подозреваемый буйствует… пришли… Эй, а ну, стоять!

Понимая, что ничем хорошим звонок для меня не закончится, я рванул к двери.

— Татьяна, зайдите, пожалуйста, к нам, — сказал я в коридор, — господин майор хочет с вами пообщаться.

— Выйдете! — хлопнул рукой по столу Пивень.

Щёчки Татьяны порозовели, а кончик носа чуть вздёрнулся от решительности.

— Как адвокат моего клиента, я имею право находиться рядом с ним вплоть до ареста. Мой клиент арестован? — её голосок звучал чересчур высоко от волнения, но в целом твёрдо.

— Нет, — вынужден был признать Пивень.

— Может быть, он задержан? — продолжала Татьяна

— И не задержан, — Пивень сдувался, как проколотый воздушный шарик, — но вновь открывшиеся обстоятельства…

— Наверняка достаточны, чтобы получить ордер? — поинтересовалась Татьяна.

Похоже, юристка решила, что если меня сейчас здесь задержат, то её карьере в МосТехе придёт конец, поэтому она сражалась как львица. Страх увольнения для таких вообще значительно перекрывает даже инстинкт самосохранения.

— Это мы посмотрим… — пробурчал Пивень.

В этот момент дверь распахнулась. На пороге нарисовался дежурный с укоротом наперевес. За его спиной маячил ещё один сотрудник с резиновой дубинкой. Моё ближайшее будущее по версии майора Пивня. Ствол автомата уставился на Татьяну. Юристка тоненько завизжала. Немая сцена.

Пивень сжал кулаки. Глаза налились кровью, как у быка, который готов броситься. Запугать меня с нахрапа не удалось, упаковать по-тихому в камеру, чтобы там прессануть тоже не вышло. Так что сейчас он в сплошном минусе. Но бешенство мешает ему отступить. В бою довести противника до такого состояния идеально. Враг начинает делать глупости, на которых его можно подловить.

А вот здесь глупости майора могут дорого мне стоить. Надо его успокоить и достучаться до разума. Разумнее всего меня сейчас отпустить, так пускай включает соображалку.

— Господин майор, — я говорил медленно, стараясь не делать резких движений. Мать вашу, да я вообще не шевелился, хорошо помня, что люди с автоматами очень любят из них палить по любому поводу, — вы же понимаете, что Татьяну задержать не сможете. Нет ни единой причины. А это значит, что через десять минут здесь будет вся, юридическая служба МосТеха, вместе с вашим начальством. И все они будут топтаться на ваших костях. Не потому, что вы правы или неправы. А потому что им понадобится крайний. Вам это нужно? Мне — нет.

Пивень тяжело выдохнул, как всплывший с большой глубины морж. Оглядел, ставший очень тесным кабинет, хмыкнул и махнул рукой дежурному.