Не знаю, сколько я проспал, но когда сознание вернулось, в шатре царил привычный дневной полумрак.

Тело казалось каким-то чужим. Мышцы неприятно тянуло и дёргало.

Зуг’Гал уже восстановился. Старый гоблин сидел на своей лежанке, скрестив ноги, и пытался навести хоть какой-то порядок в царившем хаосе. Он что-то сердито бормотал себе под нос, сортируя уцелевшие склянки и пучки трав, которые сорвало с креплений под потолком.

Я перевёл взгляд в угол.

Талли сидела в закутке, полностью поглощённая изучением крохотного механического жучка из чернёного металла. Игрушка тихо щёлкала шестерёнками, смешно перебирая лапками в её ладонях.

Похоже, учитель достал вещицу из своих тайников. Забота девушки, которая во время боя не отходила от старика ни на шаг, вряд ли растопила его чёрствое сердце, но быть благодарным Зуг’Гал умел. Иногда. По-своему.

Талли выглядела неестественно спокойной. Её взгляд был расфокусированным, а движения плавными и замедленными, словно она находилась под водой. Она даже не вздрогнула, когда снаружи что-то громко упало.

— Дал ей отвар из красного бролла, — пояснил старик, заметив мой вопросительный взгляд. — Чтобы не сошла с ума. Нервы у самок слабые, а твоя видела сегодня слишком много. Пусть поспит наяву.

Я лишь кивнул. Может, и мне не помешал бы глоток этого варева.

Полог шатра резко откинулся.

Внутрь заглянул тот самый хобгоблин, который командовал обороной шатра. Его лицо было перепачкано сажей, но вид он имел предельно серьёзный.

— Сотник Тьяа Ан разыскивает вас, — гаркнул он с порога, не тратя времени на приветствия.

— Кого именно? — прокряхтел Зуг’Гал, морщась от боли в боку.

— Обоих. И шамана, и человека, нэк, — уточнил посыльный, с уважением покосившись в мою сторону.

Делать нечего. Кряхтя, как два старика, мы поднялись и вышли наружу.

Лагерь изменился до неузнаваемости. Пожары уже погасили, дым почти рассеялся, уносимый степным ветром, но в воздухе висел запах гари и палёной плоти. Повсюду, куда хватало взгляда, царила разруха. Обугленные остовы шатров торчали из земли, как гнилые зубы. Земля была перепахана взрывами и усеяна обломками обозных телег, оружия и кусками хитина.

Орки и гоблины деловито сновали по пепелищу, разбирали завалы. Они стаскивали трупы в кучи для сжигания.

Мы увидели стражу сотника издалека. Они стояли в центре расчищенной площадки, недалеко от одной из нор, вырытых жуками.

Латные доспехи орков из личной охраны Тьяа Ана выглядели паршиво. Помятые, с рваными дырами от когтей и жвал. На металле застыли разводы копоти и зелёной крови. Но стояли они ровно, гордо опираясь на оружие.