Мозаика наконец сложилась в единую картину. Теперь странное поведение исполина обрело смысл.

Страж не просто блуждал в тумане. Он нарезал круги вокруг Королевы, закрывая её своим телом. Пока мы сидели тихо, он не замечал нас или игнорировал, считая недостойными внимания букашками. Но стоило гоблинам поднять шум, как они превратились в прямую угрозу.

В тот миг, когда Страж рванул в сторону, уходя с траектории полёта двуручника, он сам подставил под мой удар свою госпожу. Раскалённая сталь, пущенная с дикой скоростью, всё-таки нашла цель. Повелительница Роя получила ранение и издала тот самый пронзительный вопль. Ментальный крик агонии, который едва не выжег мне мозги, швырнул лицом в пыль и заставил корчиться от боли, бессильно скребя ногтями землю.

— Тьяа Ан услыш-шал то, что хотел, — кивнул тролль. — Твоя доля добычи, человек.

Над его огромной, покрытой шрамами ладонью, с тихим гулом соткалась сфера.

Я рефлекторно потянулся вперёд, желая ощутить приятное тепло. Тролль проигнорировал мой жест. Он демонстративно бросил руну в ладони стоящего рядом учителя.

— Ш-шаман объяс-снит тебе её с-суть и ценнос-сть.

Я мысленно чертыхнулся, сжимая руку в кулак. Разумеется. Я и забыл. Для всех них я — Низший. Существо без сциллы, неспособное прочитать руну.

Сотник уже собирался уйти, но вдруг замер.

— Зуг’Гал рас-сказывал Тьяа Ан о твоём первом поглощении и… особой мутации, — его губы растянулись в жуткой ухмылке, обнажая частокол игл.

Тролль смерил меня долгим, изучающим взглядом.

— Ты с-сам пош-шёл на С-стража. В одиночку. С кус-ском железа, — пророкотал он, и в его голосе впервые прозвучало уважение. — На такое с-способен только безумец, которому нас-скучило жить. Раз ты с такой лёгкос-стью с-ставишь жизнь на кон… возможно, рис-скнёшь и поглотиш-шь эту руну. Это было бы… интерес-сно.

В глубине ледяных глаз сотника на миг промелькнуло зловещее, садистское предвкушение. Этот взгляд подстегнул моё любопытство сильнее любых слов.

Я повернулся к старику, пытаясь разглядеть глиф внутри сферы, но Зуг’Гал уже спрятал руну.

Сотник не стал дожидаться ответа. Потеряв к нам всякий интерес, он развернулся и зашагал прочь в окружении своей молчаливой свиты. Давящая, тяжелая аура тролля отступила вместе с ним, позволив мне наконец сделать полноценный вдох.

Зуг’Гал не мешкал. Он требовательно ткнул меня локтем в бок, призывая поторопиться, и похромал в сторону нашего жилища с удивительной для его истощённого состояния прытью. Желание рассмотреть добычу гнало его вперёд лучше любого эликсира бодрости.