С одной стороны, его вынуждали собственными руками помогать ненавистному врагу. С другой, тяжесть моих ран сулила ему немалую выгоду. Исцеление столь серьезных увечий гарантировало мощный рывок в развитии его дара. Лучших результатов можно достичь только используя руны или их осколки на поле боя, рискуя в любой момент погибнуть.

Я тоже не спешил радоваться такой«помощи» . Что мог сделать этот недоучка? Арах пробудил свое сердце всего шесть лун назад и до сих пор полностью не развил даже первую, самую слабую рунную орбиту. Его жалкие способности не шли ни в какое сравнение с мощью учителя, чьё ядро окружали шесть полноценных сформированных орбит.

И всё же, даже лечение Араха это лучше, чем ничего. Очевидно ведь, старый гоблин не собирался тратить свою энергию, решив преподать мне очередной жестокий урок.

Полуухий молча проводил взглядом учителя. Стоило тяжёлому пологу шатра сомкнуться за спиной Зуг’Гала, как Арах сразу же обернулся ко мне и хищно оскалился.

— Будет больно, — гоблин даже не пытался скрывать своего злорадства. — Очень больно, нэк. Гарантирую.

— Тогда тебе тоже будет больно, нэк, — передразнил я его, копируя их гортанную речь.

— Что ты можешь в таком состоянии? — злобно щёлкнул он клыками.

Я осторожно пошевелил пальцами ног и, стиснув зубы, несколько раз сжал кулаки. Тело послушалось, но тут же отплатило резкой вспышкой боли. Дым от целебных трав лишь заглушал её остроту.

Старый лис всё просчитал. Он устранил самые страшные повреждения и вернул мне способность двигаться, но намеренно оставил тело слабым. Видимо, сохранил мой«запас прочности» на минимуме, на случай, если сущность всё же вырвется. Чтобы, если придётся меня убивать, я не смог оказать особого сопротивления.

— Лучше подумай… — я медленно поднял взгляд. — Почему старик до сих пор только подлатал меня, чтоб кровью не истёк, но не лечил.

Арах уже готовил колкость, но слова застряли в горле, и в жёлтых глазах вспыхнул ужас. Понимание промелькнуло в его взгляде, вызвав кошмарные воспоминания. Рука непроизвольно коснулась обрубка уха. Он понял, о чём я говорю.

Гоблин рефлекторно отступил к пологу шатра, нервно озираясь.

— Печать, нэк! — прошипел он, словно проклиная. — Старик проверял печать! Он смотрел на зверя внутри тебя, нэк!

— Тише ты! — не хватало, чтобы трусливый визг гоблина услышали снаружи.

— Но… — от былого превосходства гоблина не осталось и следа. Он ссутулился и поджал опустившиеся уши. — У меня нет полноценных рун, нэк. Даже если израсходовать все мои осколки первой орбиты этого слишком мало, чтобы поставить тебя на ноги, нэк. Необходимы дополнительные целебные средства.