Но каково же было моё удивление, когда там, как ни в чём не бывало, орудуя двумя щётками, Пашка чистил сапоги какому-то усатому дядьке в офицерской гимнастёрке. Получается, Степнов прислушался к моим словам и выпустил живца. Молодец, Николай Николаевич.

Сунув руки в карманы, я прошёлся мимо, огляделся, высматривая оперов. Не могли же они оставить подозреваемого в убийстве без присмотра? Да и сам Лешка Кочерга, придя от Марьяна, должен был оглядеться. Но если наблюдатели и были, замаскировались они грамотно — среди снующей базарной толпы спрятаться несложно, особенно если, например, стоишь в очереди у коммерческого магазина.

В послевоенное время существовал интересный порядок: в государственных магазинах отоваривались по продуктовым карточкам, и нормы зависели от категории — рабочий на заводе получал больше, работник умственного труда меньше, иждивенец еще меньше. Но существовала альтернатива — коммерческие магазины, где продукты продавались свободно. Если денежки, конечно, есть, ведь цены там кусались. Что ни есть, всё в несколько раз дороже, а за некоторыми товарами и там приходилось стоять в длинных очередях. Вот и сейчас хвост очереди вился от дверей магазина через половину базарной площади.

Я подождал, пока усатый в сапогах уйдёт, и сел на его место, подставив Пашке ногу.

— Ты! — выдохнул сапожник, увидев меня.

Лицо у него на миг скосило.

— Тише, тише, Каблук, — прошептал я. — Расслабь булки. На-ка, помуслякай штиблеты.

Поставил ногу на ящик. Пашка машинально взялся за щётки.

— А у тебя деньга-то будет, за услугу заплатить? — спросил он сдавленным голосом.

— Найдётся, — ответил я, хотя в карманах у меня гулял ветер.

Пашка тёр ботинки и бубнил вполголоса, не поднимая глаз:

— Мусора за мной следят, и всё из-за тебя. Как ты так скурвился, Кочерга, ты же честным вором был? Хаты чистил, и Марьян к себе мог взять, а ты на ментов работаешь…

— Нотации мне не читай, — оборвал я и подставил второй ботинок. — Вот тебе посылка.

Я достал из-за пазухи башмак, внутри которого лежал заклеенный пакет Марьяна. Положил на ящик рядом с ваксой.

— Там тебе послание от Марьяна.

— Марьяна⁈ — глаза у Пашки стали круглые. — Так ты что… Ты с ним?

— А ты как думал? — я понизил голос. — Слушай сюда. Сейчас мильтоны верят, что ты на них работаешь. Что я на них работаю. Так надо, Паша. Марьян всё предусмотрел, у него голова что надо. И тебя мы вызволим.

— Правда? Зуб даёшь?

— А то, — кивнул я.

Пашка заметно повеселел и стал энергичнее орудовать щётками. Хотя ботинки у меня были чистые уже минуту назад.