Не помогли знания из будущих времен, избыточный запас переделанных боеприпасов вместе с двумя саперными батальонами, которые все это «добро» и устанавливали. И при этом пограничники постоянно устраивали в лесах и болотах засады, дерзко нападали на вытянувшиеся по лесным дорогам автотранспортные колонны, вели боевые действия днем и ночью. Но мало их, а потому из полков отбирали добровольцев из промысловых таежников, да и местных жителей, ставших партизанами. Это ведь на вид «комариные укусы», но снайпера целенаправленно убивают офицеров, истребляют артиллерийские и пулеметные расчеты, высунувшихся из башен танкистов — а там какой-нибудь генерал под точный выстрел подставиться может. И в такой «малой войне» преимущество гитлеровцев в маневренности и опытности роли не играет, наоборот — потери не просто сопоставимые, у немцев их заметно больше. Особенно в первый день, когда нарывались на засады, в которых потеряли три десятка единиц бронетехники, а два танка чешского производства даже стали трофеями — не уползли с перебитыми гусеницами, а экипажи частью постреляли, а других взяли в плен. Танки доволокли до Лепеля тракторами и отремонтировали, прибывшие танкисты их изучали.

Именно так, теперь имелась танковая дивизия, пусть «сокращенного» состава. В группу передали целую танковую дивизию, «старую знакомую», 5-ю танковую, отошедшую от Алитуса. К Борисову 26 июня отошло три с половиной тысячи бойцов и командиров, два танка БТ и четыре броневика, и почти четыре сотни всевозможных автомашин, с помощью которых и был устроен этот потрясающий по быстроте «драп». Танки ведь пропали, но при этом в полках имелось чуть более сотни «безлошадных» экипажей, полностью обученных и подготовленных, кадровых военных.

Что же это как не «драп», непозволительный при этом!

Полковнику Федорову предоставили возможность искупить вину «кровью» — вместо того чтобы отвести дивизию в тыл, как случилось в истории, ее направили в Лепель, где она расположилась в военном городке в Боровках, приводя себя в порядок. Сам Евдокимов с болью в сердце вернул обратно 5-й мотострелковый полк под командованием лихого майора, что вывел его из окружения, двух батарейный дивизион 122 мм гаубиц, вместе с теми шестью БТ разведбата, которые генерал «приватизировал» еще в Молодечно.

Нужно только время, два, а лучше три дня, чтобы довести дивизию до ума, она только позавчера получила переданные танки из состава 5-го механизированного корпуса, прибывшего из Забайкалья. Он направлялся на Украину, но по дороге его завернули и направили на Могилев, на Западный фронт, испытавший жуткое потрясение. Обе танковые дивизии корпуса полностью укомплектованы, и даже со значительным избытком, и вот их по указанию Генштаба начали буквально «потрошить», выдернув половину батальонов с легкими танками «старых» типов. При этом, как помнил сам Василий Павлович, на «сокращенный» штат должны были перейти только 8-го июля, но тут генерал армии Жуков явно торопился, осознав масштабы катастрофических потерь бронетехники. Танковые полки из состава моторизованных дивизий выводились, переформировывались в отдельные бригады для непосредственной поддержки пехоты на поле боя. Сами дивизии получали один из запасных стрелковых полков, из них изымались «излишки» автотранспорта, спешно заменяемые на конные повозки.