– Объяснение чего?
– Она знала об Элласаре еще до того, как та сегодня прибыла в Грейсон – и я знаю, что ты ей не рассказывал.
– Нет, я не мог тебя предать. Но Клык тоже не предал бы.
– Его привязанность к ней очень глубока.
Вайперу потребовалось время, чтобы осознать все это.
– Думаешь, она захочет уйти? Вы двое стали… близки. Возможно, она захочет служить тебе и нашему народу. Возможно, теперь это ее дом.
– Нет.
Я точно знал, что она чувствует.
– Она ненавидит весь наш вид, включая меня.
Глава 28 Лариса
Когда Кингснейк вернулся, стражники покинули свои посты. Окна были закрыты, и Клык проскользнул на свою ветку в другой комнате.
Я не снимала броню, на всякий случай.
Он почти не взглянул на меня, расстегнул плащ и начал трудный процесс снятия со своего тела всех средств защиты. Он небрежно относился ко всему прочему в своей жизни, но когда дело касалось металлических пластин, защищавших его тело, тут он был деликатным с каждой деталью. В его шкафу было специальное место, куда он складывал доспехи, чтобы они были чистыми и защищенными от повреждений.
Я наблюдала, как он разделся до черных боксеров. Его точеное тело, красивое в тусклом свете. Тень под подбородком. И усталые глаза, как будто один-единственный вечер высосал всю его энергию. Они все еще были зелеными, но при этом и пустыми.
Кингснейк подошел к своей стороне кровати, продолжая меня игнорировать.
Он не дал мне никакой информации, поэтому я начала сама искать ответы.
– Что случилось?
– Эфириалы хотели забрать тебя – а я сказал «нет».
– Почему?
– Почему они хотели тебя забрать? Или почему я сказал «нет»? Думаю, второе очевидно.
– Первое.
– Они не дали четкого объяснения, но на самом деле они хотели убедиться, что от этой болезни нет лекарства.
– Значит… они признались, что сделали это?
Он проговорил, стоя ко мне спиной:
– Они не признались в этом прямо, но это подразумевалось.
Мое сердце упало. Существа, которым я поклонялась как богам, прокляли нас всех.
– Они просто приняли твой ответ и ушли?
– Нет, были угрозы. Много угроз.
– Каких угроз?
– Завуалированных и косвенных.
Он сел у изголовья кровати, положив одну руку на колено.
– Ты правда думаешь, что из-за меня начнут войну?
– Абсолютно уверен.
Повернув голову, Кингснейк посмотрел на меня:
– Но это не твоя проблема, так что не волнуйся об этом.
– Все это мои проблемы.
Он продолжал смотреть, его зеленые глаза были неподвижны и сосредоточены, точно так же, как у Клыка, когда тот смотрел на меня. Взгляд был странным, тяжелым от напряжения, и мне потребовалось время, чтобы понять почему.