Кобра здесь.

Я повернулся к Клыку, сидевшему на одном из мертвых орков.

– Я просил тебя защитить ее…

– Эфириалы идут с юга.

Рядом со мной появилась Лариса, сильная и сексуальная в своих доспехах. Ее меч был залит черной кровью орка, которого она только что убила.

– Их корабли уже пришвартовались к берегу. Они идут.

Я смотрел на нее пустыми глазами, пытаясь обдумать то, что она сказала.

– Извини, но мы должны были тебя предупредить.

Я был в такой ярости, что мои глаза стали красными. Но сейчас было не время и не место для этого разговора.

Вайпер шагнул вперед, когда услышал, что она сказала.

– Нам нужно разбить эту армию до того, как они прибудут. Если они узнают, что мы выстояли, они повернут назад. Они пришли побеждать, а не сражаться.

Я повернулся к Клыку.

– Сколько солдат у Кобры?

Пять тысяч.

Я посмотрел на Вайпера.

– Сколько орков и гоблинов осталось?

– Половина, – ответил он.

– Клык говорит, что у Кобры пять тысяч солдат, – сказал я. – Он, скорее всего, сможет победить остальных в одиночку.

– А что насчет нас? – спросил Вайпер.

– Перемести наши силы к северным воротам. Они ожидают, что к их прибытию Грейсон преподнесут на блюдечке. Мы покажем им, как сильно они нас недооценили.

* * *

Я вошел во дворец, который сейчас был пуст, – все вампиры отправились на войну. Лариса и Клык последовали за мной, и, миновав пару проходов, мы вошли в комнату.

Я прижал руку к камню, и секретный проход открылся. Это был узкий коридор, в котором надо было передвигаться боком между камнями.

– В конце этого прохода есть безопасное место. Подождите моего возвращения там.

Лариса уставилась на меня так, словно не услышала из моей речи ни слова.

–Сейчас же.

– Ты был бы уже мертв, если бы мы не вернулись.

– Если такова была моя судьба, пусть так.

Ее глаза светились болью.

– Ты можешь злиться на меня, но не сердись на Клыка…

– Я буду злиться так, как захочу. А теперь тащи свою задницу внутрь.

– Я уговорила его на это…

– Тогда он проявил слабость, послушавшись тебя.

Я почувствовал, как мое лицо покраснело от жара, настолько я был зол.

– Прости, но я не могла бросить тебя.

– Ты мне ничего не должна, Лариса.

Ни черта.

– Мы союзники…

Мне показалось, что лезвие вошло мне между ребер и проткнуло легкое. На мгновение у меня перехватило дыхание.

– Мы не отворачиваемся друг от друга…

– У меня нет времени на это.

– Ну, я не хочу, чтобы наш последний разговор был таким.

Я издал тихое рычание.

– Какой реакции ты ждала?

– Я… я не знаю.

Некоторое время мы смотрели друг на друга.

– Моя жизнь не стоит твоей, – сказал я. – Понимаешь?

– Ты единственная надежда для моего народа.