Я чувствовала себя намного лучше.

В этот момент слабость ощущалась как туман, как далекий сон. Эйфория смылась, как ил со дна реки, а потом ручей пересох. Кингснейк пил мою кровь столько, сколько мог, и я задавалась вопросом, как долго он бы продолжал это делать, если бы я не попросила его остановиться.

Удивительно, что он вообще остановился, особенно в тот момент, учитывая прилив удовольствия, пронзивший его тело… и ту твердость тоже.

Воспоминание вернулось ко мне ясно и четко, будто я снова почувствовала это своим телом. Думаю, он все-таки был не совсем мертв…

Когда я встала с кровати, мои ноги поначалу дрожали, но потом я расходилась и почувствовала себя нормально. Я приняла душ, переоделась, а затем выглянула на улицу и поняла, что уже почти ночь.

Теперь я спала по вампирскому графику.

В дверь постучали.

– Его Величество ждет вас.

– Вы можете войти.

Слуга вошел в мою комнату без подноса в руке.

– Чего же он хочет?

– Чтобы вы разделили с ним ужин.

Ужин? Вампиры едят еду? Или ужин – это я? Он же не думает, что получит от меня новую порцию крови так быстро?

– Я буду есть или…?

– Вы оба будете. Присоединяйтесь к нему в столовой, когда будете готовы.

Он закрыл дверь.

Я стояла целую минуту, пытаясь понять, что делать.

Я надела одно из черных платьев из моего шкафа, обула прилагавшиеся к нему туфли на каблуках и прошла по коридорам дворца, пока не добралась до столовой – просторной комнаты с окнами от пола до потолка, из которых был виден океан. Кингснейка невозможно было разглядеть, ведь было уже темно, но я точно знала, что он там.

Кингснейк уже сидел спиной к окну, в королевских одеяниях, без доспехов.

Он поднял глаза, как только я вошла в комнату. Его взгляд был тяжелым, что подсказало мне – он не будет отворачиваться. Такой взгляд заставил меня нервно сглотнуть.

Я подошла к столу и села под огромной люстрой со свечами. Странно это, ведь во дворце было электричество. Теперь между нами было всего несколько футов, и запах сандалового дерева снова ударил в нос.

Я хотела задать вопросы, но его пристальный взгляд усмирил меня. Он никогда раньше не смотрел на меня так. Это был взгляд, которым воин смотрит на своего врага через поле боя. Именно так орел смотрит на добычу, прежде чем сломать ей шею клювом. В его взгляде читалась та же сила, но без угрозы.

И я ничего от него не почувствовала. Вообще ничего.

Слуга прервал обмен взглядами, поставив на стол две тарелки и два бокала. Он налил вино и тихо вышел, чтобы мы могли насладиться трапезой. Это был полусырой стейк с жареным картофелем и спаржей. Я посмотрела на его тарелку и увидела то же самое.