Дав диверсантам контакты и проинструктировав, напоследок Померанский сказал:

— Зряшно не рискуйте — не выйдет в этот раз, выйдет в другой, а мне ваши жизни дороги.

Казаки польщённо похмыкали, а «Волки» восприняли слова спокойней — они уже знали, насколько высоко герцог ценит их.

Выходили с шумом и треском, уничтожив и разогнав множество мелких отрядов вспомогательных войск. Ну как мелких… В конце они так обнаглели, что равные по численности отряды не считали за противников. Разве можно считать азебов[2] за серьёзных противников? Вот и последний бой с ними…

" — Многовато, — замечает один из офицеров-пруссаков, глядя на выстроившийся напротив них неровный строй.

— Ништо, разобьём, — уверенно отвечает Тимоня. Немец аж опешил и с укоризной глянул на денщика принца…

— Я и не сомневаюсь, что разобьём, просто не хочу терять своих людей.

Битвы не получилось — русские (ну пусть даже частично немецкие!) войска по приказу Померанского начали показывать строевую подготовку, маршируя как на параде. Идеально ровные ряды, рокот барабанов… Со стороны казалось, что это двигаются заводные солдатики.

Современники попаданца назвали бы такую маршировку глупостью, но… Именно она давала возможность быстро перестроиться для отражения атаки конницы или просто оказывать в ключевой точке сражения с численным перевесом. Понимали это и турки…

— Бббах! — прогремел залп егерей и на землю повалились турецкие командиры. Русские полки пошли на сближение — идеально ровными шагами. Турки дрогнули… Раздались первые нестройные выстрелы, затем загрохотали залпы — рано, слишком рано… Русские подошли на расстояние выстрела, когда азебы торопливо и не слишком умело перезаряжали ружья — и сами сделали несколько залпов. И в штыки!

Воины султана подпустили метров на тридцать — и принялись удирать. В другой ситуации они могли бы стоять храбро, но когда на тебя идут «шайтаны», натворившие столько дел в тылу и с лёгкостью уничтожившие благородных сипахов… Сложно обвинять призванных под турецкие знамёна крестьян в трусости, особенно если учесть, что они не защищали родную землю, а пришли на чужую.

Сперва дрогнули стоявшие в первых рядах — рядом с ними падали убитые товарищи и земляки. А убитых было много — на таком расстоянии все пули попали в цель. С какими-то невнятными криками ополченцы кинулись назад, давя задние ряды, мешая им целится и заряжать оружие. В спины же им уже вонзались русские штыки…

Тогда из почти десятитысячного войска ушло не более двух тысяч, а полки Грифича снова захватили трофеи. Пусть это и не сипахи или тимариоты, да и золото найдётся у немногих. Но солдаты порадуются не только серебру, но и ружьям, саблям… Всё это стоит денег!