«Сегодня выдвину вопрос спасения Тафира от Скверны. Надо что-то предложить Либру, этим алчным идиотам, которые задарма и пальцем не пошевелят. Еще и Реданию с Оплотом лучше примирить, мне не нужны слабые тылы при войне с Талииром… Может, дать полубогу помереть? Наверняка этот Оплотский индюк опять про Хаос начнет болтать…» — Эшер размышлял о предстоящем событии, не замечая, что в этой части дворца отчего-то не видно ни одного слуги.

Лязг стальных сабатонов о дорогой чёрный мрамор заставил консула отвлечься. Из-за соседнего коридора, запыхавшись, вышел охранник в чёрной одежде с символом рода Валакровых — личной стражи Дворца. Он быстрыми шагами приблизился к Консулу и ударил кулаком в свой наплечник, тем самым приветствуя своего повелителя. Несмотря на опущенное забрало, стражник выглядел взволнованным и, видимо, торопящимся передать что-то Эшеру.

— Канцлер Эшер… пока вы отсутствовали… было обнаружено… тело Калоса Нивольского! — пытаясь отдышаться, говорил стражник. — Оно было… обнаружено служанкой. Через сутки уже она погибла от рук неизвестного…

— Срыв Собрания… недопустим! Пришлите ко мне Винфрид и соберите всех в главном зале. Нужно обезопасить делегации, — гнево ответил Эшер стражнику, не останавливаясь и не сбавляя шаг.

Почувствовав на себе злой взгляд старейшего из людей, стражник решил не испытывать судьбу и, быстро поклонившись, свернул в какую-то дверь по пути.

— Никакого покоя… — раздраженно добавил Эшер, подходя к Залу Собраний, и распахнул двери.

—… к слову, не исключено что предателем может оказаться какой-то самозванец, что затесался в ряды стражей этого замка! — донеслось до Эшера. По голосу можно было определить, что говорил это Леонид, о чем-то рьяно споря с Ланселем.

В зале уже собрались все восемь делегаций. Правители и послы старались не показывать страха, но осторожность во взглядах выдавала подозрение соседей в измене. Их свита готовилась защищать себя и своих господ, если возникнет опасность для их жизни. И вот, стоило Эшеру войти в зал, как бурные обсуждения прекратились, а взоры в ожидании объяснений устремились на хмурого Канцлера. Эшер молча прошествовал к своему месту, где его уже ждала Винфрид, глава охраны дворца. Винфрид начала нашептывать ему доклад, не позволяя ни единому слову долететь до ушей гостей.

— В комнату Калоса не мог попасть никто кроме служанки, но он был убит с особой жестокостью, служанка такие увечья нанести не могла. Она погибла следующей ночью. Главная улика — отсутствие ключей от комнат наших гостей. Видимо, убийце они и понадобились. На теле служанки обнаружены незаметные ожоги, шея сломана, видны следы насильственной смерти. Что удивительно, глаза служанки были закрыты, что не вяжется со смертью насильственного характера и даже показывает некую заботу. Её частично обнажённое тело было обнаружено в ее же спальне, — на одном дыхании проговорила Винфрид. Было заметно, что лишь она одна во всей комнате ни о чем не волновалась, а лишь выполняла свою работу. А вот Эшер к концу доклада пребывал в бешенстве, ведь это в ЕГО дворце мешают ЕГО собранию. Конечно, внешне этого он не показывал.