Но всё равно, дальше говорить о делах, что свершились более ста двадцати веков назад смысла не имело и волшебник перешёл на тему, которая показалась ему чуть более приемлемой.
— Может тебе интересно будет узнать, а может и неинтересно, однако в мире есть другие, похожие на вас. Вероятно, даже, что ваши родственники, с которыми вы разошлись в перипетии эволюционных путей.
Псоглав продолжал заниматься дичью, и одно только повёрнутое к Тобиусу ухо свидетельствовало, что Дружок слушал.
Часть 1, фрагмент 13
— Одни живут на востоке, за Хребтом, за Золотым Червём1 в Имем-Муахит2. Путешественники описывают их как многоплеменной народ пустынных кочевников, жестоких разбойников, стремительных налётчиков. Ибн-джакалла — их имя, сыны Шакала, сами тоже шакалы о двух ногах и двух руках, с булатными саблями, которые они посвящают служению богу-шакалу Зенребу, повелителю мёртвых, и его жрецам — некромантам Аглар-Кудхум3.
# # 1 Золотой Червь или Золотой Змей, самая широкая и полноводная река известного мира, расположенная на Правом Крыле.
# # 2 В дословном переводе: «Семь Пустынь» — название огромной пустыни, расположенной на Правом Крыле.
# # 3 Культ Шакала.
Убрав начавшую было подгорать оленину от пламени, волшебник некоторое время остужал её, после чего поделил между Лаухальгандой и мимиком. Ушастый мячик проглотил мясо как крошку, но зато живой плащ стал медленно обволакивать своей «тканью» уложенное прямо на плечо угощение и ещё некоторое время в том месте чувствовалось уплотнение.
— О других я знаю много меньше, даже не уверен, существует ли ещё их народ. Бывалые путешественники прошлого, случалось, забредали в самые отдалённые уголки мира, такие, например, как остров-континент Унгикания. Половина тех земель покрыта зелёными джунглями, вторая половина — жаркой саванной. Она-то и служит домом племенам, зовущимся гн’элле, охотникам саванны, гиенам, что ходят на задних лапах. Некоторые путешественники утверждали, что у гн’элле детей рожают мужчины через свой… но в такую чушь никто не верил.
К сапогам мага плюхнулась ощипанная и распотрошённая тушка.
— И зачем мне всё это знать?
— Может, просто интересно.
— Плевать мне на тех тварей, которых ты, Тупая Морда, считаешь родственными мне. Они — не я.
— Понял тебя, — ответил волшебник, рассекая тушку на более мелкие части своим атамом. — Ах, да, должен сообщить, что я не намерен покидать этих руин завтра.
Дружок вскинулся.
— Что?!
— Под нашими ногами, — продолжал волшебник, — целый город. Завтра я спущусь туда, чтобы хотя бы чуть-чуть исследовать его. По уму это работа на несколько лет и не для меня одного, а для множества умелых археологов. Но хотя бы крупицы я собрать обязан.