— Тогда что за свет горит у тебя по ночам?
— Свет? Свет… я не…
— Прежде чем ты начнёшь врать мне, — рука Вифани скользнула за отворот шёлкового одеяния, — советую придумать, что всё это такое.
Возможно, если бы Тобиуса интересовала фигура молодой хозяйки, он дотоле заметил бы, что та немного прибавила в области бюста, однако, поскольку его она не интересовала, появление из-под одежды кучки скомканных лоскутов шёлковой бумаги оказалось неожиданностью. Узоры на ней не позволяли сомневаться, — Вифани нашла его записи.
— Сегодня, когда ты ушёл, я не в первый уже раз поднялась на чердак. Как и прежде, там не нашлось следов огня и всё было в порядке. Но зато я наконец нашла вот это. Судя по запаху, ты постоянно прятал их в разных мешках с травами. Я и туда заглядывала, но только сегодня мне повезло. Не хочешь объяснить, что это за каракули?
Тобиус буравил взглядом ковёр, стараясь продумать свою стратегию. Он не был загнан в угол, простым смертным вообще непросто загнать мага в угол, если на то пошло. Однако стоило подходить к вопросу вдумчиво, уж слишком хорошо рив устроился, чтобы разом всё терять.
— Значит, не хочешь. Может быть мне вдохновить тебя на откровенность.
Бумага была поднесена в опасную близость к плошке и тут Тобиус встрепенулся, — такая напряжённая и важная работа оказалась под угрозой!
— Это мои исследования, госпожа! Это письменность моего народа.
Рука Вифани немного удалилась от масла и пламени.
— Какого народа?
— Мы Земляной народ, госпожа, мы сару, живущие на великих равнинах севера.
Густые брови приподнялись, склонный к раздумьям лоб пошёл морщинками.
— Ты знаешь, что за враньё хозяевам здесь недоумков сажают на цепь и морят голодом? Это же чушь!
— Мне с первого дня так говорят, госпожа. Поэтому я перестал объяснять и просто положился на судьбу. Мой дом находится на дальнем, очень дальнем севере, где деревья намного ниже и их намного меньше. Там на равнинах возделаны обширные поля, а стены каменных городов рвутся к небу, там, на самом севере, плещутся воды холодного моря, и по нему ходят огромные деревянные лодки…
— Ложь, ложь, ложь! — начала злиться Вифани. — Сару не ходят в воду!
— И на ровной земле не живут. Но мы живём и ходим. — Тобиус неотрывно следил за шёлковой бумагой. — Мы — Земляной народ, отколовшийся от остальных и ушедший на север, очень, очень далеко. Туда, где заканчиваются границы Великой Пущи.
— У Великой Пущи нет границ.
— Есть, госпожа, есть. Там мы расселились и построили города, а потом научились не бояться воды. В тех местах довольно места, много еды и железа. Металла, что здесь ценят превыше золота. У нас так много железа, что мы делаем из него обувь длялошадей .