— Как скажешь, принцесса, — не стал спорить Пепел. — Тем более, что объяснить выродку, насколько он не прав, я и так смогу. Ну, чтобы у некоторых не возникло совершенно ненужного ощущения безнаказанности.

— Эрдари, — Рин впервые назвала его по имени и это почему-то оказалось неожиданно… приятно. — Пожалуйста, не надо лишнего шума.

— Какой шум? Вызов сделан и принят еще вчера. Просто перед тем, как набить ему морду, я хорошенько намекну, за что конкретно он огребает. Не беспокойся, все будет в порядке.

— А теперь, — вмешалась Фаэлин, пристально глядя на Пепла, — говори главное: результат был? Стоило оно такого отката?

— Не знаю, — озадачено потер нос Дари. — Смотря что считать результатом.

— Ну же, — подтолкнула она его, — не заставляй тянуть из тебя слова, словно в пыточной.

— Ха! — вскинулся тот. — Да после сегодняшнего меня пыточной хр… не запугаешь! Хотя… поговаривают, есть среди вас умельцы…

— Нету, — отрезала Фэл. — И не было никогда. Не больше, чем среди лордов. Так что зря болтают. Но если не начнешь рассказывать — появятся. Прямо сейчас. Намек понятен?

— Умеете вы, ресса, намекнуть. Ладно, в общем так, — решился Пепел, хотя и не мог сказать, что доверяет ей полностью. — Как нормальный усилитель это не сработало точно. Ничего такого, о чем упоминала Лаис. Она ведь ищейка, с восемнадцатью по шкале, а с усилителем в плане интуиции получается почти бог. Так вот, сестричка рассказывала, как оно обычно бывает: полностью смещается восприятие, когда цвета начинают звучать, звуки пахнуть и прочее в том же роде. А этого не было.

— Но что-то все же было. — снова подтолкнула его ресса.

— Вот именно «что-то», — хмыкнул парень. — А вот что?.. Знаешь, кажется ты была права, когда решила, что у рессов он будет работать не на интуицию, а на дар…

— Это не я решила, — перебила его Фэл, уточнив, — это версия рессы Эрселин.

— Что-о⁈ — вскинулся Пепел. — Вы с ней это обсуждали?

— Не это! Не это мы обсуждали, успокойся! Равеслаут, я же поклялась, что не имею никакого отношения к пляскам вокруг твоей возни с усилителем. Обсуждали мы на лекции, уже давно, разные препараты и необычную реакцию на них старой крови. Вот там оно к слову и пришлось. Эрс заподозрила, что летальный исход у рессов связан с какой-то реакцией дара на тот препарат. Говорила, что один ее коллега, мэтр Красп, много работал над этим, проводил исследования…

— Коллега, значит, — глаза у Пепла стали темнее, чем у Фэл, а голос просел не меньше, чем на октаву. — Вот как.

— Что? Равеслаут, что я такого сказала⁈

— Ресса Фаэлин, — Эрдари соскочил со стола и вытянулся во весь рост. — Сейчас я потребую от вас еще одной клятвы. В том, что это правда, и что вы узнали обо всем именно при таких обстоятельствах. Готовы мне ее дать?