— Твааааю ж! — несколько драгоценных секунд Пепел не мог поверить в то, что весь этот концерт исключительно его заслуга, потом возгордился, спохватился и тоже бегом ломанулся к лестнице, сверкая белыми подштанниками. Шлейф из расстегнутой рубахи и растрепанных светлых волос вился следом. Когда это нечто в полутьме с разгону перескочило через метрессу Шрант и ссыпалось сразу на два пролета вниз, слово не касаясь ступеней, дама прикрыла глаза и превзошла сама себя: третий вой, пронесшийся по академии, услышали и за ее пределами.

Лишь чудом успев затормозить на своем втором этаже, Пепел ошалело глянул вверх:

— Адовы демоны! Вот это глотка! Надо к ней генералов на учебу водить.

Тряхнул головой, словно пытаясь выбить из ушей излишки звука, развернулся и хотел было рвануть к своей двери, когда за спиной внезапно рявкнули:

— Стоять, кадет!

Со стороны перехода в административный корпус сурово и как-то даже неспешно надвигалось возмездие в лице слегка растрепанного и помятого со сна лорда Фарниса, на ходу застегивавшего последние пуговицы.

— Да, господин ректор! — вытянулся в струнку Эрдари.

— Что происходит?

— Кричали, господин ректор. Почему — не знаю. Только что прибежал из своей комнаты.

Как бы в подтверждение сказанного, по всему этажу захлопали двери и из них начали выскакивать курсанты в таком же точно непотребном виде. Фарнис оценил босые ноги Пепла, отсутствие кителя и растрепавшийся хвост, после чего распорядился:

— В комнату, кадет. Сейчас вы там оденетесь и разберемся.

Впрочем, он прекрасно понимал, что разбирать будет не в чем. Уж кто-то, а Эрдари Равеслаут наверняка подчистил за собой все, что смог. И хотя интуиция просто-таки орала, что без участия этого прохвоста тут не обошлось… Но не пойман — не сидишь в карцере, как говорится. Как жаль, что ломать курсантов, постоянно требуя с них клятвы, запрещено. Только если они сами проявят инициативу. Но этот случай — явно не тот.

В результате, после недолгих и безуспешных разборов, на сон Пеплу практически ничего не осталось, придавить подушку он смог лишь чуть больше, чем на час. Подумывал даже вообще не ложиться, но решил, что нет, не стоит — ему сегодня еще Гарлату мозги вправлять, потому даже этот час лишним не станет. И вырубился мгновенно, как только донес голову до подушки. Но незадолго до побудки, отрезая минутки и без того недолгого блаженного забытья, к нему, барабаня в створку, начал ломиться Роши:

— Пепел, открывай быстрей! Новости пришли.

— Поспали бы эти новости еще минут двадцать, а? И другим дали. — Дари, тем не менее, покорно выбрался из постели и в полудреме потащился отодвигать щеколду.