интересного поведения? — С вами — да, Великий магистр! — В таком случае придется сделать с тобой то, что я бы сделал с непослушной своевольной девчонкой самого… нетяжелого поведения, — Герберт вдруг резко перехватил ее за талию, задрал алый подол и явно собирался наградить парой шлепков ниже пояса. — А-а! Герберт не надо! Я… не хочу! Да перестань ты немедленно! — захихикала Эдиан. — Хм… — неожиданно рассмеялся и ректор. — Тут и верно слишком много одежды! — под платьем шлюхи у Эдиан были брюки для верховой езды. — Впрочем, эти брючки всегда делали тебя еще соблазнительнее! Он все же шлепнул ее, ласково провел ладонью по ногам, потом заботливо поправил на Эдиан ее неприличную юбку и поставил жену на ноги. Они жадно уставились друг на друга. Месяцы разлуки не прошли даром. Сейчас, отвыкнув видеть его каждый день, Эдиан смотрела на самого красивого, сильного, умного, исполненного невероятного шарма и уверенности в себе мужчину. Самого лучшего, невероятно привлекательного. Того самого, у которого каждая черточка кажется родной, достойного того, чтобы гладить и ласкать снова и снова. Того, на кого не насмотреться. Казалось, что эту жажду Герберта будет не утолить никогда и никак. Ей так и будет хотеться оказаться еще ближе, еще глубже проникнуть друг в друга, еще теснее сплестись порывами. Эдиан не знала, что в точности чувствует и думает он сейчас. Но ощущала, что нечто подобное. Только жажда его еще горячее, еще глубже. Нужно было поговорить, разработать план, что им делать дальше. Но… разве смогут они разговаривать, пока для каждого из них существует лишь тот, кто стоит напротив. Нет ни королей, ни драконов, никаких опасностей… Герберт провел рукой по кругу, окружая их пологом тишины. — Вполне закономерно… Охранник решит, что я все же решил воспользоваться услугами девицы, — улыбнулся он, и Эдиан шагнула в его объятия. Теперь уже более бережные, ласковые, но все еще ненасытные. * * * — Вот так мне удалось усыпить целую армию и взять клятву с Дамбиора, а ты на меня ругаешься! — сказала Эдиан, выключая шарик с записью. — Да уж… — криво улыбнулся Герберт. — Опасная волшебница. За идеи и технику могу похвалить. Но зачем ты, проклятье, вообще вылезла из своей избы? — А ты не понимаешь?! — рассердилась Эдиан. — Они взяли заложников — Кая и его семью. Разве я могла бросить их на произвол… чужеземцев! — Заложников? — усмехнулся Герберт, заложив руки за голову. Он лежал на походной койке и смотрел на Эдиан и на картинки, что продемонстрировал созданный ею шар. — Неужели