Глава 6
Очнулся я от укола в плечо. Очнулся, моргнул глазом и увидел склоненного надо мной человека, сделавшего мне укол. Человек убрал пустой шприц, посмотрел на меня весело, и сказал:
— Очнулся, блудный сын? Ну, добро пожаловать домой. Хотя «домой» в твоем смысле все же не самое подходящее выражение. Как-никак, мы не на Вильме.
— Где я? — мой голос звучал на удивление нормально.
— Ну, ну! Не разочаровывай меня. Сам догадаться не можешь?
— Я на Бете, — сказал я. Не спросил, а сказал. Я был в этом уверен.
— Ну вот! Вспомнил, что разведчик. А то вопросы задавать каждый может.
— Разведчик?
— Ага, — человек гремел инструментами, убирая их в компактное белое устройство. — Разведчик, именно. Совсем тебе хреново, да? Даже свою модификацию не помнишь?
— Я ее и не знал…
— А, даже так? — человек глянул на меня с любопытством. — Интересненько. Получается, теперь знаешь.
— А что за модификация такая — «Разведчик»?
— Да всего понемножку. Скорость, регенерация. Способность к адаптации, как социальной, так и физической. Языки ты быстро учишь. Ну и по мелочам еще.
— А сколько всего разных модификаций?
— Да дофига. Полезных из них мало, правда. Играются там… Но ты себе этим голову не забивай, тебе это все сейчас незачем.
Вместе с воспоминаниями о моем бегстве из здания Совета и последнем бое начала возвращаться боль. Не резкая, но сильная, тянущая меня куда-то в темноту небытия. Я осторожно прикоснулся к раненому боку, и не обнаружил на нем никакой повязки. Странно.
— Я ранен…
— Ага, я заметил. Даже пришлось укол на тебя потратить, чтобы ты не сдох раньше времени. Тебе-то все равно, а вот меня накажут. Так что будь добр, лежи и не дергайся. Если будешь дергаться — кровь сильнее пойдет. Продлевай, так сказать, свое бытие.
— Можно мне медблок?
— Ага, и унитаз из золота в придачу. Зачем тебе медблок? Несколько часов ты точно протянешь, разведчики живучие. А больше тебе и не надо.
— В смысле?
— Ты ушами слушаешь, или чем? В прямом смысле. Уже было бы все с тобой закончено, пробы и анализы взять — дело минут двадцати. Но Юрген с тобой поговорить хочет о чем-то. А он сейчас снова в фаворе, потому ты пока и жив. Радуйся, блин!
Радоваться не получалось, слишком муторно я себя чувствовал. Слова странного человека я воспринимал так, как будто они относились не ко мне. И понимал тоже далеко не все. Однако голова соображала. Я чувствовал дикий голод, боль и безмерную усталость. Но это ничего, это не смертельно.
— Я не знаю никакого Юргена.
— Знаешь, знаешь. Но ты его знаешь под пафосным именем «Неизвестный». Нет, я сам в шоке — Неизвестный! Ничего себе кличку выдумал, согласен. Поехавший он немного на теме своего происхождения. Утверждает, что его род даже на Земле был древний и почитаемый. Ну да, Неизвестный для шайки дикарей звучит получше, чем Юрген Боммель.