— Что-то стало понятно? — спросил я терпеливо, косясь на останки амки рядом с нами.
— В общем-то да, — не очень уверенно сказал пилот. — Мы думаем… скорее всего… что вот это вот — биом А1. Вот тут.
Палец пилота указывал на биом, очертания которого действительно напоминали А1, занесенный Георгом в память нашего вирона. Палец пилота скользнул вниз по документу, к самому краю:
— Вот это Атлантис, без сомнений. Очень четко изображен. В этом мы уверены.
— Хорошо, — мне пришлось поторапливать Георга, не спешившего продолжать. — Что еще интересного тут есть? Чего мы пока не знаем?
— Вот этот биом, — Георг ткнул пальцем в совсем небольшой биом, обозначенный неподалеку от А1.
— И что с ним? Какой у него номер в нашей кодировке?
— В том-то и дело, что никакого. Его нет на нашей карте. Я в этом уверен на сто процентов. А тут он есть, причем сразу на нескольких картах, с разных ракурсов.
— Странно… А что это над ним? Символы?
— Я не стал бы клясться, — вмешался в разговор сержант. — Но полагаю, что похожим символом обозначалась экспедиция к Атлантису. В смысле та самая экспедиция, с Земли. Я вроде как видел этот символ в старых данных. Он показался мне знакомым, потому что на его основе мы сделали герб для отдела безопасности Атлантиса.
На некоторое время повисла тишина, прерываемая лишь шумом ветра в ветвях невысоких деревьев. Все уставились на карту.
— Полагаю, что мы только что узнали нашу следующую цель, — спокойно произнесла доктор Водопьянова.
— Но этого биома нет у нас на картах, — возразил Орвин. — Мы же не можем проложить к нему курс!
Я вопросительно глянул на Георга. Он посмотрел на меня и вздохнул, пожав плечами.
— Этого биома нет на наших картах, верно. Но думаю, что с помощью этих карт я сумею проложить к нему курс.
Глава 1
Мы не стали долго думать, как назвать необозначенный на наших картах биом. Биом получил кодировку Н1 (где буква отвечала за слово «неизвестность») и стал новой целью нашей экспедиции. Мы провели на А1 еще одну ночь, вернувшись на открытые развалины. Сержант назначил дежурных, но этого даже не требовалось: никто толком за ночь так и не уснул. Во-первых, мы особо и не устали, ну а во-вторых, в-последних и в-промежуточных — никому из нас не нравился этот биом. Даже доктор Водопьянова, которая, казалось, всегда была готова исследовать все и вся, сейчас совсем не стремилась рыскать по местным камням. Скорее всего, для нее, как и для всех нас, этот биом стал неосознанно ассоциироваться со своего рода кладбищем.
Георг каким-то образом проложил курс, и на экранах наших с пилотом визоров вновь показалась обнадеживающая тонкая желтая линия. Вирон взлетел, оставляя внизу мертвые камни, и мне даже не хотелось провожать взглядом поверхность. А ведь это был совершенно новый для меня биом.