— Нам впору начинать делать нашивки за биомы, — негромко сказал сержант, ни к кому не обращаясь.

— Как это? — не понял я.

— Ну, у нас в отделе безопасности была такая традиция: делать специальные нашивки за количество выполненных боевых заданий. Не учебных, а именно боевых. Насколько я знаю, это старая традиция. Полковник говорил, она была принята еще на Земле. Так вот, всегда была нашивка за первое задание. Первое — оно обычно самое запоминающееся. Следующей шла нашивка за пять заданий. Потом за десять, ну и так далее.

— И какая нашивка была у вас? — поинтересовался Орвин.

— Почему «была»? — удивился сержант. — Она всегда есть, вот она.

Он отогнул клапан кармана форменной куртки и показал небольшую пластиковую полоску красного цвета. Приглядевшись, в середине полоски можно было увидеть цифру «10».

— Десять? — несколько разочарованно протянул Орвин.

— Во-первых, не десять, а уже четырнадцать. Ещё одно, и нужно новую нашивку готовить. А во-вторых, ровно такая же нашивка есть у полковника, еще у одного сержанта и больше ни у кого в отделе. Солдат с нашивкой за пять миссий тоже совсем немного наберется. Те то хорошо сражались…

Сержант кивнул в спину пилота, но мы все и так прекрасно помнили, против кого именно воевал отдел безопасности. Я поспешил свернуть с опасной темы:

— А сейчас, получается, будем делать за биомы? За те, на которых человек лично побывал?

— Ну да. Почему бы и нет. Пока перелеты между биомами не стали регулярными и постоянными, это повод для гордости. Вот у тебя, Крис — сколько посещенных тобой биомов уже?

— Четыре, — чуть подумав, ответил я. — Вильм, Старобор, Атлантис и А1.

— Не четыре, а пять, — поправил меня сержант. — Ты Пермафрост забыл. Получается, ты бы уже заслужил вторую нашивку. А у нас у всех только четыре.

— Да только смысла в этом пока немного…

В ответ на мою последнюю реплику сержант только неопределенно хмыкнул. Я и в самом деле не видел в этом особого смысла Можно побывать хоть на всех биомах, так ничего толком про них и не узнав. А можно прожить на одном, изучив его досконально. Разговор сам по себе заглох, и все принялись изучать белое ничто, окружающее вирон.

По прикидкам нашего пилота, до Н1 нам было несколько часов лету. Правда, Георг сразу предупредил, что прикидки очень приблизительные и основаны только на масштабах полученных нами карт.

Н1 начал вырисовываться на экранах наших визоров через приблизительно четыре часа полета.

— Биом небольшой, по размеру сравним с Пермафростом, — рассуждал Георг вслух, включив ручное управление.

— Поступим так же, как с А1, — откликнулся я. Пройдем вдоль края, поглядим, нет ли каких-либо следов.