Разговорить незнакомца было сложно, и мы угробили на это уйму времени. Он говорил мало, невнятно, медленно и вдобавок на жутком линго — языке, принятом на Атлантисе со времен первой экспедиции. Его звали то ли Пауль, то ли Поль — мы так и не поняли, хотя переспросили множество раз. Вопрос, с Атлантиса ли он, неизменно вводил незнакомца в ступор, и был нами отложен. Мы выяснили, что Поль (или Пауль, Святой Круг его знает!) работает здесь. Где именно это «здесь», Поль нам сказать не мог, явно не понимая сути вопроса. Поль занимался уборкой помещений и небольшими ремонтами. Кидая настороженные взгляды в грязный коридор, мы пришли к выводу, что справляется он со своей работой не то чтобы хорошо.

На вопрос «сколько здесь всего людей» Поль просто кивал головой, и говорил «много». В его интерпретации это звучало скорее как «мниёгго». На вопрос сержанта «Кто твой начальник» — Поль неожиданно четко ответил, что его начальник некто Войс, и этот Войс — инженер. Эта новость нас обрадовала, тем более слово «инженер» Поль произнес внятно и правильно правильно.

Мы еще немного порасспрашивали Поля, который отвечал либо невпопад, либо вообще непонятно, время от времени впадая в ступор. Он немного осмелел, и постоянно тянул к нам руки. Он трогал нашу форму, пытался дотянуться до оружия (не позволил сержант) или до груди доктора Водопьяновой (не позволили мы все).

В конце концов он мягко и ловко поднялся с пола, и тут же увидел дыру, проделанную в стене здания нашим взрывом. Дыра произвела на нашего нового знакомого неизгладимое впечатление. Он, словно не веря своим глазам, сделал несколько шагов вперед, к дыре, зачарованно глядя через нее наружу. Потом повернулся к нам, глядя на нас широко раскрытыми от неподдельного ужаса глазами, и метнулся к двери, где его тут же повалил на пол бдительный сержант. Поль застонал, закричал что-то, что никак не напоминало известные нами языки, и стал безуспешно вырываться. Лишь когда сержант придавил несчастного к полу так, что он захрипел, он немного пришел в себя.

— Надо идти! Бежать! Сейчас же! — сбивчиво заговорил Поль, глядя на нас всех одновременно. — Они придут! О-о-о, они придуууут…

— Да кто придет? — спросил Георг, перехватив Поля, подняв его с пола и легонько встряхнув. — Кто придет-то?

— Они! Они придут! Увидели дырку, и накажут. Вас всех накажут. И меня накажут. Убьют! — Поль был на грани истерики, и извивался в руках Георга, как сломанная марионетка.

— Куда нам нужно бежать? — спросил Орвин, и этот вопрос немного вернул Поля в сознание.