ему на это ответить. “Разве рядом с тобой можно быть в безопасности?”. Или успокоить и

сказать что-то из серии “Все нормально, мне не привыкать”?

Конечно же, мне абсолютно не нормально! Где-то внутри себя я была в диком затаившемся

ужасе. И знала, что буду переживать все это месяцами, если не годами. Мне, черт возьми,

угрожали пистолетом!

— Как твоя рука? — все же выдавила я из себя, с сомнением глядя на темное пятно на его

плече.

— Царапина, — фыркнул Нико и вдруг улыбнулся, заставляя мое сердце в очередной раз сделать

кульбит. — Переживала за меня?

— Да…

— Не стоит, донна. У меня много жизней.

— Если не дашь мне дома обработать рану, то сегодня станет еще на одну меньше, —

пробормотала я и отвернулась к окну, стараясь угомонить свое разволновавшееся сердце.

Да что со мной такое происходит?! Во мне одновременно смешалось столько разных эмоций за

один вечер, что я была просто морально опустошена. Но одна улыбка Нико снова оживила меня,

заставив бабочек хаотично затрепетать внизу живота . Какой же он невыносимый!

Дома мы засели в гостиной. Я распаковала пакет из аптеки, в которую мы заехали по дороге.

Нико стянул футболку… И я охнула от увиденного. Это не было похоже на царапину, пусть пуля и

оставила лишь касательное ранение. Выглядело все очень серьезно.

Я взяла антисептик и сглотнула, боясь прикоснуться к нему и сделать еще больнее.

Нико заметил мое замешательство, протянул руку, обхватывая мое запястье, и потянул к своей

ране, слегка наклоняя, чтобы жидкость из флакона вылилась прямо на красное месиво.

— Все в порядке, — Нико старался выглядеть беззаботно и расслабленно, но я видела, как

дрогнули мускулы на его лице. — Посмотри, сколько у меня шрамов — я уже привык.

— Нельзя к такому привыкать, — дрожащим голосом сказала я, но все равно машинально

осмотрела его смуглую кожу, отмечая уже зарубцевавшиеся порезы и рассечения.

— Обычно мне обрабатывает их очень важный для меня человек… — Нико зашипел, когда я

надавила на рану ватой, снимая засохшие корки крови.

— И кто же на этот раз?

— Алекс…

— Боже, Нико, — я гневно сдула упавшие на лицо волосы и посмотрела ему в глаза. — Даже в

такой ситуации ты все думаешь про своих женщин?!

— Алекс — мой лучший друг, — Нико поерзал на диване. — Мой названный брат и человек,

которого я очень уважаю.

— Ох… — я стыдливо отвела взгляд, чувствуя, как горят щеки. И чего я так разгорячилась?

— Он тебе понравится, — Нико цыкнул, пока я стягивала рану специальным пластырем.

— Не сомневаюсь, — закрепив последний пластырь, я наконец смогла выдохнуть и плюхнуться

рядом с ним на диван. — Так что происходит? Не хочешь рассказать мне все от начала и до