Я отмахивался топором, не давая им подойти. Однако кашель продолжал рвать лёгкие. И один из убийц — тот, что со стилетами — всё-таки достал меня. Стилет полоснул по руке чуть выше локтя. Я зарычал от боли, но сразу же ответил топором. Лезвие врубилось моему противнику в бедро левой ноги, выше колена. Он упал молча, не закричав, и попытался зажать рану, но кровь хлестала ручьём. Видно было, он не жилец.

Двое других попытались подобраться ко мне, но я снова отскочил к столу. Перевёрнутому. Попытался поставить его на пути нападавших, одновременно нашёптывая песчаного воина. Третий убийца уже не мог подняться — он истекал кровью на полу, и его движения становились всё слабее. Ещё немного, и с концами умрёт.

Первый перепрыгнул через стол. Я не успел среагировать — три быстрых удара, один за другим. Один отбил топором, второй приняла на себя защита: кинжал звякнул о спрессованный песок на груди. Третий я пропустил, да и защита не справилась. Клинок распорол мне кожу на груди, оставив длинный порез. Неглубокий, но горячий и болезненный.

Я отогнал противника топором, а на меня уже наседал второй. Я ушёл от его атаки, чувствуя, как начинаю слабеть от потери крови. Рубаха на груди пропиталась красным. Топор был слишком медленным оружием против этих врагов. Да, одного я убил, но двое других по-прежнему наседали.

И тут мне, наконец, удалось поднять песчаного воина. Второй раз я оказался в ситуации, когда рядом не хватает материала. Даже мелькнула мысль спать с мешком песка под рукой.

Первый воин формировался всё то время, пока я отбивался. Он встал из пыли и грязи, что устилали пол, и бросился на первого убийцу. Тот, отвлёкшись на «нашёптыша», на миг забыл обо мне. Второй тоже дёрнулся к песчаному воину, и я кинулся на него. Топор засвистел в воздухе. Он уворачивался, пытаясь достать меня мечом. Первый убийца почти добил песчаного воина: тот уже начал, рассыпаясь, терять форму. И я понял, что вот-вот снова окажусь против двоих.

Такого допустить нельзя было, и я зашептал снова. Плотный поток воздуха ударил второму убийце в ноги. Он не ожидал такого, споткнулся и начал заваливаться назад. Я тут же наступил ему на шею, придавливая к полу, и, сразу же метнув взгляд на первого, рубанул в сторону того топором.

Первый умудрился увернуться и от моего топора, и от удара песчаного воина. Ещё и добил «нашёптыша» — тот рассыпался песком. Второй убийца, которому я придавил горло, попробовал рубануть меня из положения лёжа. Но я подпрыгнул, спасая ноги. Умудрился в прыжке отмахнуться от кинжала первого и…