— Скромность украшает героя, — улыбнулся Латар. — Но я слышал, что вы не только здесь отличились. Говорят, вы сражались с ордой от самого Илоса. И, насколько я понимаю, ваши успехи на юге Ферунда впечатляют куда больше, чем достижения некоторых командующих…

Он взял паузу, многозначительно глядя на меня. Я сделал глоток разбавленного вина и ответил ровно:

— Я просто делаю свою работу. А у кого какие достижения, мне без разницы. Лишь бы орду, в конце концов, остановили.

— Многие говорят, у человечества есть надежда, — посмотрев на меня внимательно, тихо сказал Латар. — Но мне кажется, надежда у нас вовсе не та, о которой говорят.

— Думаю, надежда человечества — в руках самого человечества… — я сделал вид, что не понял, о чём говорит аристократ.

Латар вежливо кивнул на прощание, но в его глазах мелькнуло разочарование. Он, видимо, ожидал другой реакции.

Следующим подошёл пожилой регой. Он представился Орвегом и сообщил, что командует десятью тысячами из объединённого войска Приречья и Междуречья.

— Я слышал о вашем отряде ещё с той ночи на правом берегу! — сказал он, энергично пожимая мне руку. — Видел, как вы стояли до конца на мосту. А теперь ещё и тут, под Келааном… Скажу прямо, воевода: я рад, что есть такие люди, как вы. А то у нас любят раздувать славу тех, кто просто вовремя оказался в нужном месте и не до конца всё испортил…

— Спасибо, — ответил я. — Но победа под Келааном — заслуга всех, кто здесь стоял. Не только моя.

Орвег хмыкнул:

— Тоже верно. Но вы, Ишер, всё равно главный герой. И не позволяйте никому убедить вас в обратном!.. — наставительно добавил он.

Я сдержанно поблагодарил его, и мы чокнулись чашами.

Третьим был молодой регой в зелёном плаще с гербом, который я не узнал. Он представился Талвином.

— Воевода Ишер, — начал он с лёгким поклоном. — Для меня честь познакомиться с вами. Я слышал, что вы не просто полководец, но и шептун… И, говорят, весьма сильный…

— Стараюсь, — ответил я. — Шёпот — полезный инструмент.

— Инструмент, который, к сожалению, не всем доступен!.. — заметил Талвин.

— Со временем всё изменится, — заметил я. — Шептунов становится больше.

— Знаете, пусть вас зовут всего лишь воеводой, но, сдаётся мне, это лучше всех громких «титулов», что в последнее время разносит молва!.. — вперив в меня острый взгляд, заявил Талвин.

Я чуть не поперхнулся вином. Намёк был более, чем прозрачным. Возникало ощущение, что местные элиты с запада Междуречья активно меня толкают куда-то. Ну или просто сталкивают лбами с героем с востока.

— Честно сказать, я не очень-то слежу за титулами… — как можно небрежнее произнёс я, ставя чашу на стол. — Мне важнее, чтобы мои люди были живы и сыты. Остальное — политика.