К слову, мы тоже закупились, чтобы не ехать с пустыми телегами. И тут меня, естественно, ждала целая буря почти справедливого возмущения…

— Почему мы, герои Келаана, должны что-то покупать, а? — это был тот редкий случай, когда я и Истор, и спокойный обычно Тадар аж покраснели от злости. — Почему они грабят богатые дома, а нам нельзя? Вот скажи, воевода, где справедливость?

Я переглянулся с Ситранисом. После Долгой Осады Кечуна мы оба понимали правила игры. Оставалось разъяснить их товарищам:

— Понимаете, — начал Ситранис. — Когда мы припасы по складам и домам собирали, это ничего страшного. А вот обчищать дома богачей в плане дорогих вещичек… Для этого у тебя за спиной должен стоять кто-то очень серьёзный. Ну а сейчас мы не в накладе: купили почти за бесценок, а продать можно, если я верно понимаю цены, вдесятеро больше, чем мы потратили на покупку.

— Правда, есть риск наткнуться на случайно уцелевших хозяев или их родственников… — добавил я. — Однако на этот случай и пригодится оправдание, что сами мы ничего не брали. Я даже под клятвой смогу подтвердить, что не лгу. А разница в цене покроет нам возможные убытки на такой случай.

Вообще у меня закралась после этого разговора дельная мысль. Надо бы отправлять поисковые отряды не только на склады с продовольствием, но и в поисках золота. Деньги-то мои люди периодически находили, а иногда и мне даже признавались. В городе, разорённом демонами, золота и серебра обычно много. Их с собой на Светлую Дорогу не возьмёшь. А что, если деньги искать целенаправленно?

Впрочем, и за пределами Междуречья были опустевшие края. И золота, больше не нужного хозяевам, там наверняка хватало. Так что я знал, чем заняться, когда война с демонами закончится. Буду ходить по опустевшим городам и собирать монеты. Озолочусь. И осеребрюсь. А пока явно не до того было.

Первые три дня в дороге прошли без приключений. Мы двигались по той же дороге, по которой шли в Келаан, но теперь она была абсолютно пуста. Ни гухулов, ни Кровавых Перстов, ни трупов. Лишь пепелища костров кое-где у обочин, да редкие патрули объединённого войска, прочёсывающие окрестности.

Поля и рощи Междуречья, где ещё недавно то и дело вспыхивали стычки, нынче выглядели умиротворяюще. Кое-где на вспаханной земле даже зрел уцелевший осенний урожай. В Междуречье и Приречье можно было, кстати, и зимний собрать. А вот в других краях зимой всё сохло и умирало. Глядя на всходы, я подумал, что недолго этим землям пустовать.

Ветер доносил с реки запах воды и ила. Мы шли не спеша, торопиться было некуда, а отдохнуть –необходимо. Часто вставали на привал, пораньше разбивали лагерь.