На одном таком привале, на четвёртый день пути, нас и нагнал всадник.

Всадник и сам ехал на перехане, и ещё одного вёл в поводу. Прибыл он налегке, только запас еды и минимум вещей. Поговорив с охраной лагеря, парень спешился, вошёл в расположение и начал выкрикивать:

— Воевода Ишер! Мне нужен воевода Ишер!

Оторвавшись от каши с мясом, я подошёл и представился. Парень вытащил из сумки и, уважительно кивнув, протянул свёрнутый пергамент, перевязанный кожаным шнурком. Печать на шнурке была мне знакома. Герб семьи Аравантис.

Я развернул послание и пробежал глазами. Писал Мариатидис, судя по подписи. Письмо было коротким и деловым. Семья готова подписать договор аренды. Встреча назначена в городе Эдель Араг. Туда же выдвигаются наши бывшие люди, которые раньше переправились в Междуречье.

Я перечитал письмо дважды, обдумывая сроки. До Танлавара ещё несколько дней пути. От Танлавара до Эдель Арага — ещё пять-шесть, не меньше. Плюс время на сборы, закупку припасов, отдых…

Раньше, чем через четверть, мы там не окажемся.

Взяв из складской палатки пергамент и чернила, я набросал ответ. Подтвердил, что приеду, но сразу предупредил, что это займёт не меньше четверти. Сложил пергамент, приложил печать наёмника и вручил гонцу.

— Отвези тому, кто тебя послал, — сказал я, добавляя к посланию несколько монет. — На словах можешь передать, что мы, вероятно, задержимся в пути.

Парень кивнул, вскочил на перехана и, забрав сменного с собой, умчался на север.

В пути я снова вспомнил о деньгах. Забыть-то о них и так сложно, однако иногда они отходят на второй план. А потом мысли о них возвращаются. Всегда возвращаются. Особенно если речь заходит о больших тратах. А именно они меня в ближайшее время и ждали.

Да, землю нам готовились сдать в аренду едва ли не под честное слово. И это, несомненно, радовало. А вот количество людей, которых, вероятно, предстоит устраивать на новом месте, радовало чуть меньше. Слишком уж их много было, чтобы я знал, что с таким количеством делать. Предварительно среди тех, кто решил присоединиться, имелись и илосцы, и приозёрцы. Могло так получиться, что у меня с ними всеми отряд вырастет вдвое.

А основная масса наших денег хранилась в Царской Казне. И местность, в которой нам предлагалось жить, была далековато от Древних Городов, где располагались отделения Казны.

На одном из переходов я подъехал к Ситранису. Всё-таки он как регой из условно местных обязан был в этом вопросе разбираться.

— Что думаешь по поводу обязательств Царской Казны? — без предисловий спросил я.