Да, наконец-то и до личины дошли руки, а ведь чуть не забыла — и не мудрено в сумасшедшей круговерти событий запамятовать… Достав склянку с заживляющим зельем, я улыбнулась. И теперь я на пенсии. Осталось написать соответствующее заявление и… Буду печь пирожки, сочинять сказки и нянчить внуков. Правда, прародительница ещё дочь обещала… и это отличный стимул бороться за себя. Ибо…
В ванной я разделась, помылась и вооружилась чистым ритуальным ножом. Тонкие иглы, соткавшие личину, выходили из-под кожи одна за другой, как старые занозы, со звоном падая в ванную. Пара игл — прижечь ссадины, еще пара игл… Покрасневшая кожа вспухала, чесалась, кровила. Но посплю пару часов — и пассивная сила вылечит, и следов не останется.
Закончив, я тщательно собрала все иглы, сложила их в коробок и сполоснулась, смывая кровь. Завернулась в полотенце и пошла в коридор, к большому зеркалу. Слегка кружилась голова, и я брела, держась за стену. И привыкала. Заново привыкала к предметам, ставшим ниже. И к себе, ставшей выше. Всего-то пять лет в чужой «шкурке» — а так вжилась…
Зеркало показывало… пока ещё маску. Но черты лица уже плыли, меняясь, и я зачарованно наблюдала за переменами. Посветлели глаза, волосы и кожа. Заострился подбородок. Нос выпрямился и обзавелся веснушками. Губы растянулись в улыбке — и грустной, и довольной, и… общей.
Здравствуй и прощай…
Я прижала правую ладонь к своей щеке, провела левой по щеке отражения.
Прощай, Мара.
Прощай, друг мой.
Здравствуй, Элла.
Здравствуй, я.
Глава 7
Для представления, особенно на Рождество,
может понадобиться старая ведьма,
а в конце своей жизни я готова и к этому.
Ингмар Бергман
— Ты куда? — Мара внимательно наблюдала за наставницей.
А она собиралась — неспешно, вдумчиво. Выбирала зелья и разложенные по коробкам компоненты, амулеты и заготовки, аккуратно складывая их в рюкзак. Руки делали, а мыслями Элла находилась уже далеко. И явно одна.
— Эля! Куда ты собираешься? — настойчиво. — Я с тобой.
— Нет, — очнулась она. — Тебе лучше остаться здесь.
— Почему?
Наставница замялась. Посмотрела на Мару искоса, насупилась, точно нужные слова подыскивая, но, не найдя, улыбнулась растерянно, вздохнула и пояснила:
— Ты ребёнка ждешь. Две недели, но… Не надо волноваться и рисковать. Останься, — попросила мягко.
Мара покраснела. Так и не научилась слышать свой организм…
— Я поеду, — сказала она твердо. — Не знаю, куда, но… Должна поехать. Так надо.
А словами «так надо» обычно выражалась интуиция. Элла интуитивно чувствовала новую жертву и её слабые места, а палач в Маре, видимо, из-за постоянной угрозы жизни, чуял нужные знания. Если она говорила, что ей куда-то надо, значит, там находится полезный человек. Наставница вспомнила, куда и зачем собралась, поспорила с собой, покосилась на настырную ученицу и кивнула.