Эвристика сменилась на кодирование. На какое-то время женщина потеряла способность мыслить, просто принимая тезисы и постулаты, что внушала её ментальная программа, бережно собранная и проверенная несколько миллиардов раз в самых разных условиях при помощи виртуальных сред Мистериума. Псиопический код был загружен и не вызвал отторжения модерирующим модулем безопасности, что использовал свои собственные скрытые данные и ссылки о которых не знала даже сама женщина, построенным для Саам её Икииром. Похожую надстройку в сознании имел и золотой король, для которого со всей педантичностью и любовью собрала защиту уже Саам. И, конечно же, изящную защитную цитадель в голове Ююм-Довы так же построила его супруга.
- ЗАПУСК. – Последовала мысленная команда Ююм-Довы и режим с «кодирующего» сменился на «виртуальный», вернув не только возможность мыслить, но и вернув к жизни в её сознании старого клона. Какое то время сознание немного путалось – меховой ментальный программист сделал солидные модули резервной поддержки, поначалу съевшие немало ресурсов её несущей, которые Саам-Эмоциональная приняла. Но что удивительно, приняла персональную защиту собственной несущей от случайного разрушения и ошеломлённая Саам-Рациональная. Последнее что она ожидала после двух веков заточения – это заботы об её существовании со стороны пришельца.
Но хоть и удивлённая, сарказма в ней за два столетия меньше не стало.
- Разбудил? Интересно. Вместо того чтобы крушить мои индексы и вентили, мальчик предпочёл поговорить? – Рациональная говорила при этом спокойно, всё же Эмоциональная стала гораздо сильнее и увереннее в себе, пока её ментальный клон находился в гибернации устроенной ему Аарко. И теперь хозяйка сильно влияла на только что активированную старую надстройку ставшую слишком самостоятельной.
Появился и сам Ююм-Дова, причём специально для этого случая написанным протоколом, гарантирующим еговидимое присутствие в сознании супруги в любом случае.
- Красивый ребёнок, - заметила Рациональная и Эмоциональная молча согласилась. Юноша с его мягкой шёрсткой был ухожен, с выраженной мускулатурой, подчёркнутой при помощи очень дорогого масла. На его мордочке был нанесён качественный макияж, сильно подчёркивающий его привлекательность. На его щёчках были узоры явно меметического свойства, но таких никогда не видела даже искушённая в обольщении Саам. Они влекли её к юноше, как добротный любовный макияж самих евлужиан. Так же на нём были чары. Обычно в видения других иллюзии из реального мира не передавались, но тут, по-видимому, для этого и писался экзотический протокол общения. Это не были чары очарования, но всё-таки некоторые манипуляции со светом и цветом дракона повышающие и так огромную привлекательность Ююм-Довы. Матриарх даже не могла предположить, чья это была весьма оригинальная идея. И, конечно же - его глубокий мягкий и влажный взгляд, не оставляющий равнодушным ни одну женщину независимо от её расы. Обычно юный мужчина старался не всматриваться в собеседников, ибо кроме самок теряться начинали даже самые брутальные самцы. Но тут его очи пылко сияли для Саам. Тут была именно его дракона и обе части сознания матриарха поняли, что собирается сделать их молодой супруг.