идти. И что мы будем делать… с этим? Сигмунд даже не попытался никуда удрать ночью — да разве удерешь от Рерика, который, похоже, всю ночь не смыкал глаз. Воришка-драугр переминался с ноги на ногу, покорно ожидая своей участи… Действительно — что с ним делать? В бою я бы не задумываясь снес ему голову, но после того, как мы вместе хоронили его отца и остальных, злости у меня уже не осталось. Данные у него неплохие — по восьмерке Силы и Подвижности, да и Телосложение не подкачало — но боец из него так себе. Ни отваги, ни умения — много ли от него будет толку, когда в Фолькьерк пожалуют братья Ульфриксоны со своим хирдом? Да и иметь под боком беглого трэлла, который вполне может еще и пожелать отомстить за смерть отца… Выгнать к чертям! — Оставь ему жизнь, склаф. Я крутанулся на пятках. Ничего себе. Нет, я вполне мог ожидать великодушия от Айны — все-таки девушка. Или от Ингвара — колдун недолюбливал насилие. Но Рерик… Да еще и после того, как друзья Сигмунда избили и посадили его в яму… — Парень молод и силен. Я научу его держать щит и меч, и в твоем хирде будет славный воин. — Рерик склонил голову. — Если позволишь. — Я буду служить тебе, Антор хёвдинг. — Сигмунд опустился на одно колено. — Мой отец сделал много зла, и ты убил его… Ну, допустим, не я… Но продолжай. —…но твою руку направляла воля Всеотца, — закончил Сигмунд. — Позволь мне искупить свою вину и отправиться в Фолькьерк. Сигмунд Гислисон хочет присоединиться к вам в ваших странствиях и приключениях. Вот ведь хитрый, зараза. Спасти свою бестолковую голову, да еще и переквалифицироваться из воришки-трэлла в воины… Но уж если за его воспитание возьмется сам сэконунг — может, и получится. А в Фолькьерке каждая пара рук на счету. — Хёвдинг… — едва слышно фыркнула Айна. Похоже, дева-воительница не слишком-то доверяла моему авторитету. Кстати, полезное напоминание — пусть Фолькьерк, которым мне придется править, и нуждается в бойцах, это не повод устраивать из него богадельню. Или проявлять излишнюю мягкотелость — иначе какой из меня тэн? Настанет день, и мне придется показать, кто тут главный. — Я отдам тебе этого вора, Рерик, сын Асгейра. Но тебе и держать ответ за него. — Я постарался вложить в голос все двенадцать (точнее, уже тринадцать) очков Воли. — Если только попробует стащить что-нибудь в Фолькьерке, Всеотец свидетель — повешу обоих. Пожалуй, будь Рерик в своей броне и с оружием, я бы осторожнее выбирал слова. Но тот, похоже, и не собирался спорить. — Да будет так, — только и ответил Рерик.