— Ваше императорское…

— Ты знаешь, зачем я велел привести тебя? — пророкотал он, не дав ей сказать. Спокойный голос государя контрастировал с его аурой альвы, пульсировавшей так, что отдавалось в ушах.

Дверь за спиной Карины с грохотом захлопнулась. Она обернулась: опричники исчезли, остался только Пожарский. И вся прежняя доброжелательность пропала с его лица.

Жесткий, как скала, он взирал на неё так, словно хотел сейчас же подвергнуть самому жесткому допросу.

Она повернулась к Императору и, сглотнув, смело выпрямила спину.

— Дайте угадаю, дядюшка, это из-за нашей свадьбы с Вайнером?

Карина дерзко ухмыльнулась, но подрагивающий голос выдавал её с головой.

— А, свадьба, — государь приподнял густую бровь, словно вспомнил о чем-то незначительном. Уголок его рта дернулся в подобии улыбки, но взгляд сочился гибельным холодом. — Милая моя племянница, если бы это было всё… я позволил тебе жить, терпел твои выходки и дал возвыситься. Видит Всеотец, я бы даже подарил тебе новое поместье и позволил родить от этого ублюдка…

Он встал и сделал шаг вперёд, — волна давления окатила девушку.

— … но ты знаешь, о чем я.

Пол под его ногами жалобно затрещал, покрываясь сеткой ломаных узоров. Карина ощутила, как в животе возник увесистый ледяной ком страха.

— Ты обещала сделать сыворотку, — государь чеканил слова так, словно забивал каждым гвоздь. — Я дал тебе месяц. Где она?

Она закусила губу, пытаясь вспомнить придуманные на этот случай отговорки.

— Не смей врать, — предупредил он, поднимая руку. — Где сыворотка?

— Я… — Карина запнулась и, призвав всю свою волю, чтобы не показывать страх, произнесла. — Я ещё не закончила. Формула почти готова, но нужно завершить…

— В последний раз, Карина.

Император навис над ней как скала, заставляя сжаться под его взглядом. В этот миг она ощутила, сколь же велика была пропасть в силе между ними. Нужно быть действительно безумной, чтобы тягаться с ним за трон.

— Твой отец умер, потому что был глуп и соврал мне. Ты умнее его. Не повторяй его ошибок и скажи правду.

Его аура альвы горячим ветром обдавала её.

— Я клянусь, дядя… — пролепетала она. — Дай ещё неделю…

Ладонь императора сжалась. Карина тут же свалилась на землю под напором неистовой энергии. Гравитационная волна заставила её распластаться по полу, вжимая в плиты так, что она даже не могла вдохнуть.

Воздух вышел из легких с болезненным хрипом, из глаз брызнули слёзы.

— Лживая сука, ты думала, я не слежу? — сквозь гул и собственный хрип она расслышала голос Императора. — Мои люди везде! Ты даже не думала делать сыворотку!