Следующий километр они почти не разговаривали. Сергей сразу задал быстрый темп, почти переходящий в бег. Хотелось как можно скорее миновать опасный участок вдоль парка.

Все трое постоянно оглядывались по сторонам. Слева по-прежнему тянулась плотная стена деревьев. Справа раскинулась огромная парковка. В обычные дни она редко заполнялась даже наполовину, поэтому сейчас машин здесь тоже оказалось немного. Несколько десятков автомобилей были беспорядочно разбросаны по асфальту.

Где-то далеко, почти на границе слышимости, несколько раз прогремели выстрелы. Через несколько минут напряжённого пути Сергей наконец немного расслабился.

— Всё… прошли.

Парк постепенно остался позади, а местность вокруг заметно изменилась. Слева начиналась небольшая промышленная зона со складами и производственными зданиями. Справа тянулась хорошо знакомая каждому жителю Одинцово вереница магазинов. Несколько кафе быстрого питания, строительный магазин, автосервисы и другие торговые точки выстроились вдоль дороги, за которой уже проходила Минская трасса.

Все трое невольно переглянулись. Это место они знали практически наизусть. Каждый из них десятки, если не сотни раз проезжал здесь. Кто-то — на электричке, кто-то — на машине, стоя в привычной пробке перед выездом на трассу.

Остановившись у развилки, Сергей достал телефон и открыл карту.

— Есть два варианта.

Илья и Артём подошли ближе. Сергей провёл пальцем вдоль железной дороги.

— Можем продолжить идти по рельсам. Они почти без поворотов выведут нас прямо к МКАДу.

Потом он указал немного правее.

— Или свернуть сейчас. Через жилой сектор. Там небольшие улочки между частными домами. Получится немного дольше, зато…

Договорить ему не пришлось, потому что со стороны Минской трассы внезапно раздалась короткая, но отчётливая очередь выстрелов, на этот раз заметно ближе, чем раньше, и звук этот прозвучал так резко и чуждо в привычной городской тишине, что все трое невольно замерли, прислушиваясь, а спустя всего несколько секунд вслед за выстрелами донеслись крики — глухие, рваные, полные паники и боли, словно кто-то отчаянно пытался спастись или звал на помощь, но расстояние и эхо между зданиями и дорогой искажали слова, превращая их в тревожный, неразборчивый шум, от которого по спине пробегал холодок.

Все трое одновременно повернули головы в ту сторону, несколько секунд никто ничего не говорил, и Илья первым нарушил молчание.

— По трассе идти — это безумие.

Сергей согласно кивнул.

— Похоже, там сейчас слишком много людей.

— А где много людей, — добавил Артём, — там либо монстры, либо те, кто от них отбивается.