— И что ты предлагаешь? Тут сидеть, как сычи? — Кузьма моментально расстроился от того, что наше дело застопорится.

Я открыл бардачок и подал ему упаковку мармелада:

— На, это тебе, угощайся.

— Я такие не люблю, — недовольно заявил мне Кузя, но упаковку вскрыл и закинул в рот сразу три штуки.

Я с трудом сформировал каплю, а из неё «око», используя грязную воду из гусиной миски.

«Око» обогнуло дом.

— Так, Кузьма! Ключ на старт. Он вышел из дома, пошёл в туалет. Давай, в темпе вальса, на тебе перчатки на руки, пакет под креслом! Да не греми ты!

Через «око» я с волнением следил, как внутри дома скользнула тень. Скользнула, пропала, и всё, никакого движения.

Кузьма, по нашей договорённости, должен был вернуться домой, а не в машину, хотя бы, потому что тут не было зеркала подходящего для него размера.

И всё же я волновался. Мало ли что Кузьма выкинет? Василиса права, он немного с придурью, доверять ему серьёзные дела опасно. С другой стороны, он единственный двоедушник с уникальным навыком перемещения между домами и громадный опытом хищений. Подбросить что-то не должно составить ему труда.

Я проследил за тем, что фанатик вернулся в дом и что никакой странной активности за этим не последовало. То есть, Кузьма не попытался напасть на него или сотворить иную глупость.

Я выдохнул. Не отключаясь от «ока», хотя его удержание и требовало постоянных усилий (и вечность удерживать висящим в воздухе «око» весом в пятьсот грамм я бы не смог), нащупал телефон и набрал Руслана.

Он долго не брал, а когда ответил, голос его был сонный, он зевал и растягивал слова.

— Привет, Руслан. Далеко там Кузьма?

— Не знаю… Не вижу его.

— Позови, пожалуйста.

— Кузьмааааа!!! — протянул он. — Кузя. Можно я съем твои пряники?

— Нет, нельзя! — голос был еле слышен, но его владелец приближался к телефону.

— На, поговори, тебе Вадим звонит. Кстати, ты когда свой мобильник заведёшь?

— Да… — Кузьма взял телефон как ни в чём ни бывало, словно не выполнял опасное и важное поручение.

— Оставил посылочку?

— Да. В платяном шкафу нижний выдвижной ящик, который заедает. За туфлями Раисы Никитичны, новыми, кстати и даже ни разу не использованными, положил пакет. Пойдёт?

— Да, вполне. Ну всё, сиди, пожалуйста, дома, больше никуда не ходи.

— Ладно… Но, сначала ты скажешь, куда спрятал от меня печенье, изверг⁈ Я видел, оно ещё было. Или это сонный барсук его сожрал?

— Нет, это я переложил, оно в холодильнике.

— На кой черт ты его в холодильник положил, Вадим?

— Это заначка, но чтобы ты не съел её.

— Спрятал от меня? — обвинительным тоном пожурил меня Кузьма. — Для кого? Если для Василисы, я пойму.