Мне было нечего на это ответить, помощник участковой продолжила:

— Давай так… Если уж делать, то делать как полагается. Нам нужен не случайно выбранный человек, а обоснованный список людей, подходящих под описание. Выражаясь твоей терминологией, насыпать побольше кандидатов, чтобы целая предвыборная компания была. Согласен?

— Спорить не буду, системный подход — это трудно, но правильно.

— Вот и хорошо. Давай вернёмся к твоему проверяющему. Что у тебя на него есть?

— Врать не буду, ничего нет. Хотя я сейчас собирал его вещи…

— И что? Есть что-то подозрительное? Топор в крови, книга заклинаний, свечи с могильной пылью?

— Нет, — признался я. — Одни только шмотки.

— Вадим, я сейчас в опорнике и одна, Светлана на вызове. Могу его пробить по базе данных, если дашь хоть что-то. А если нет, то ты зря тратишь моё время.

— Сейчас поищу, — я заметался по комнате. — Не отключайся.

Зажав телефон плечом, я пошёл обшарить сумку проверяющего. В боковом кармане были сложенные вдвое чеки, визитка автосервиса… И сложенный вчетверо лист бумаги формата А4.

Развернул.

Это был договор аренды жилого помещения, заполненный от руки бланк, на ту самую квартиру, где я сейчас находился.

«Арендодатель: с/з Свиридова… Арендатор…»

Глаза скользнули по строчкам. Паспортные данные, прописка, срок аренды.

— Есть, — сказал я в трубку. — Договор посуточной аренды. Тут все данные. Сейчас сфоткаю и отправлю в мессенджер.

— Давай, скидывай, — подхватила Василиса, — Буду проверять по базам. Это уже толковая отработка версий.

Я быстро сделал снимок, стараясь, чтобы текст был в фокусе.

* * *

Вернувшись в Колдухин, я перво-наперво заехал в администрацию и передал Антонине сумку. На работу не возвращался, развёз почту и поехал домой.

Зайдя в дом, услышал приглушённый храп из подвала. Спустился.

День-деньской, но на диване спал Руслан. Спал он крепким здоровым сном молодого парня, который не работает, наигрался за ночь и отдыхает, расслабленно, с детским и каким-то даже миленьким выражение лица.

Кузьма, который дремал как котик на кресле, распрямился, достал ногами до пола и зевнул во все тридцать два.

Домовой был в потёртом халате с нашивкой «Почётный член рыбацкого клуба». Этот халат я видел впервые.

— Откуда одежда, Казимир Малевич?

— Подарили, — Кузьма явно врал, подтверждая стереотип о том, что домовые тырят вещи из домов, пока хозяева не видят. Подарить ему никто ничего не мог, раньше его считали деревенским дурачком, который иногда попадался людям на улице.

Сейчас его психика стабилизировалась и это, кстати, было первым признаком того, что Мегалит приходит в норму. Кузьма перестал появляться на улице и вёл себя как порядочный домовой, то есть перемещался между домами и бродил по ним, только когда его никто не видел, исчезал, когда считал нужным.