И вроде нужно бежать к нему, проверить, что с ним, но… я не чувствовала тела. Ни рук, ни ног. Ни голоса. Вижу, что Тим что-то говорит Стасу, тот орет на него в ответ, а я тупо стою…

— Эми, — голос сестры пробился сквозь вату в ушах. А потом она тряхнула меня так, что клацнули зубы. — Очнись!

Я наконец сделала вдох, ощутила свое тело. Тут же рванула в сторону, где держали брата, но кто-то перехватил меня за талию и дёрнул назад, а перед лицом пронеслась… бита. По-моему, я рассмотрела на конце деревяшки трещину, пару вмятин, и царапины. А ещё бурые пятна, смутно напоминающие кровь.

— Там Марк, — наконец смогла закричать я, вглядываясь в проем, где они скрылись несколько минут назад. Сердце стучало в ушах.

— Эми, успокойся, — спасший меня от биты Тим, сжал плечи, и заглянул в глаза, — Марк жив. Я его слышу. А ты в панике не слышишь ничего. Соберись!

— Да, он в порядке! — как-то удивлённо шепнула сестра, глядя туда, где мы видели его последний раз. — Марк цел.

На миг, я подвисла. Как они слышат? Но причин не доверять, у меня не было, и я сосредоточилась на нападающих, которые стояли как раз между мной и братом. Нужно только устранить их. Хотелось просто обернуться и отгрызть голову каждому. Но звенящее где-то в холке понимание, или предостережение на грани врождённых инстинктов держало.

Оборотни – скрытый от человека мир. И сохранить тайну необходимо, даже ценой своей жизни. Это понимание жило во мне с того момента, как я впервые обернулась. Оно жило в моей крови. Инстинктах. Я, даже не осознавая, придерживалась его всегда. Вот и сейчас, вместо того, чтобы отгрызть голову урода, посмевшего причинить вред моей семье, я склоняюсь, и перехватываю своими слабыми человеческими руками биту. Ловлю ошарашенный взгляд бывшего владельца биты, удивляюсь тому, что он так легко отдал мне ее, и замахиваюсь – да, похоже, что даже в человеческих руках оборотня сил немного побольше, чем у среднестатистического человека. Тот приседает, спрятав свою тупую голову руками, и скуля как щенок.

Щенок?

Зарина

Я шла по следу. Старательно скрываясь, не понимала, зачем… Зачем преследовала их, ведь совершенно не хотела. Чувствовала себя мазахисткой, снова и снова наблюдая за парочкой. Но какой-то странный инстинкт вел вперёд, и придавал сил. Зачем обернулась – до сих пор не понимаю. Могла спокойно спать дома, вместо чего крадусь в тени как призрак, и перехватываю волнение серой. СЕРОЙ! Она дочь серого альфы и ведьмы, а я дочь беты черных, с сильной кровью альфы. Я должна была стать парой Игната, а не она. Явилась вся такая необычная, странная и… пустая, и украла моего жениха. И как она вообще обернулась? Ведь не было в ней крови! Я помню, что она с первого дня была пустышкой. Но… именно эта пустышка чуть не перегрызла мне горло. И ведь остановилась. Отпустила. Да лучше бы убила! Но она, видимо, решила поиздеваться, и что-то сделала такое, что я чувствую ее с тех пор. Знаю, когда ей больно, или хорошо. Когда ей страшно. А ей страшно! Там, в кафе, меня просто оглушило ее страхом, и угораздило же в этот момент ее сестричке под руку попасть. Хотя… пофигу! Бесят обе! Ещё бы понять, что со мной… Это по-любому ведьминские штучки, ведь только альфа способен транслировать эмоции. Но она не может быть альфой – девчонка, да ещё и трусиха! Разве достойна она быть парой альфы, если знает, что такое страх? Вот я… Я…