— Девочки, умоляю, прекратите рыдать, — взмолился отец, который не находил себе места.

Но его тут же отвлёк Тимофей – наверное, воспользовался методом отвлечения Игната – перевел тему.

— Борис Олегович, а можно с вами поговорить? Раз уж так вышло, что Эмилия ваша дочь, я хотел бы…

Слезопоток у меня мгновенно прекратился, и миссия по утоплению Чернышовых сорвалась. Тимофей, похоже, не затягивая, решил попросить моей руки. Нет, ну а что, узнаю своего отчаянного жениха – у неродного отца прямо с порога, а здесь хорошо, хоть успел убедиться, что отец родной… И вроде бы я уже для себя решила, что Тимка – моя реальность, но и ответ новообретенного родителя тревожил. Не хотелось больше никаких споров и ругани. Пусть, они останутся в прошлой жизни, а сейчас хочется тепла и… счастья.

А метод снова не подвёл! Папа хмуро смотрел на моего оборотня, мгновенно забыв о панике, похоже, сам не понимая, как нервировал своим молчанием меня. Да и маму с сестрой тоже – обе выжидательно смотрели на него, тоже забыв про слезы. И если сестрёнка с тревогой, то от мамы, вдруг, веяло решительностью и угрозой. Вот сейчас, она точно похожа на ведьму — подумала я. А папа перехватил ее взгляд, вздохнул, и чуть опустив плечи, словно сдаваясь, согласился. Меня отпустило и воздух, наконец, попал в лёгкие – оказывается, я даже не дышала, дожидаясь вердикта.

— Знаешь, Борис? — раздался голос отца парней, который незаметно наблюдал за нами со стороны. — Я тебе даже сочувствую. Немного. Но не могу не сообщить официально: альфа серых, твои девчонки вьют из тебя веревки.

Папа поиграл желваками, а потом взглянув на нас, усмехнулся, и не без злорадства ответил.

— Хмм… Ну, альфа черных, в данной ситуации, меня утешает одна деталь – твои сыновья теперь, со мной в одной лодке.

Альфа черных скривился, но промолчал, с обидой взглянув на упомянутых. А я только сейчас осознала услышанное. Наши родители – альфы. А судя по прочитанному и просмотренному мной, они главные в своих стаях. А это значит, что я должна соответствовать званию дочери альфы…

Взглянула на сестрёнку с ее голубой шевелюрой и подумала, что наверное, уже соответствую.

Так и оставшись в гостиной, мы с Тимом рассказали о нашем коротком расследовании, начав, конечно, с рассказа моей неродной мамы. Я не хотела сильно вдаваться в подробности прошлой жизни, и Тимка, словно прочитав мысли, оставлял право ответа за мной. А вот о Марке, я рассказала с удовольствием. Хотя и умолчала о решении забрать брата к себе, если его мать не исправится. Но почему-то подумала, что эти люди приняли бы мое решение.