— Знаешь, после нашей с тобой встречи на той трассе у меня в жизни произошло так много перемен, — произнес архан, присаживаясь на стул рядом с кроватью больного. — Одно я понял отчетливо: такая вещь, как карма, существует. Не совсем в традиционном понимании, но что-то такое точно есть. Ты оказался случайной жертвой моего необдуманного поступка, запустившего цепочку таких событий, что даже вспоминать не хочу. Мне хочется надеяться, что сегодня я смог хоть немного исправить свою судьбу.
Сказав это, Зиргрин положил папку с документами на прикроватный столик, отодвинув в сторону лекарства. Парень на самом деле ощущал себя так, словно только что провернул ключ в замке собственной судьбы. Трудно было сказать, как участь одного конкретного дальнобойщика могла так сильно влиять на него, но это ощущалось на уровне души. Парень был Проклятым. Мироздание отвернулось от него в тот момент, когда ведомый алкоголем и отчаянием, он направил мотоцикл на фуру случайно проезжавшего именно в тот момент дальнобойщика. В тот момент Александр Нетронин сам решил судьбу своей души. И если бы не вмешательство Урташа, то эта судьба была бы незавидной.
Зиргрин неспроста решил заняться раздачей долгов прошлой жизни после разговора с Урташем. Именно тогда он осознал, что является инородным телом во всех мирах. Ему нет нигде места, так как он сам себя его лишил самоубийством. Но исправляя последствия своих прошлых решений парень постепенно начал ощущать, что у него еще есть шанс.
* * *
К высокому храму с острыми, возносящимися к небесам черными шпилями, подъехал серебристый автомобиль с тонированными окнами. Вскоре открылась задняя пассажирская дверь и из автомобиля выбрался странный силуэт, закутанный с ног до головы в плащ с глубоким капюшоном. Кто-то, увидев подобное, сильно бы удивился, но сейчас было три часа утра и в округе не наблюдалось ни одной живой души.
Силуэт поднялся по ступеням храма, толкнув дверь. Створка, открывающаяся в обе стороны, бесшумно открылась, пропуская странный силуэт внутрь.
В храме горело множество свечей. На квадратном алтаре, расположенном перед исполинской статуей четырехкрылого божества, стояли чаши с различными дарами, от батонов хлеба, до денег и украшений. Никто не покушался на дары местному богу, опасаясь проклятий. Были уже преценденты.
Позади закутанной в плащ фигуры появился еще один силуэт.
— Слышал об этом боге, но никогда не интересовался этой новой религией, — прозвучал странный голос закутанного человека. В его речи слышалось шипение и порыкивание.