— Ты не ошибался. Но ликвидировать меня не так просто, — усмехнулся Зиргрин, после чего буквально растворился в воздухе, появившись уже в гостиной своего дома.
Здесь, несмотря на глубокую ночь, практически переходящую в раннее утро, в креслах друг напротив друга сидели отец и Миша, попивая виски и ведя непринужденную беседу. Заметив, что сын вернулся, Евгений Матвеевич радушно указал на третье свободное кресло.
— Не понимаю, почему у тебя такая странная диета из сырого мяса, воды и молока. Ведь Миша же ест все, как и раньше.
— Я немного отличаюсь, — ответил парень, рассматривая пребывавшего в человеческом облике брата.
Сейчас Михаил был именно таким, каким помнился по прошлой жизни. Дорогой костюм-тройка, часы Ролекс, аккуратная стрижка и дежурная улыбка на лице. Вот только внутреннее чутье белого архана без всяких сомнений определяло собрата по расе. Более того, это был полноценный архан, уже стабилизировавшийся и не проявлявший никаких признаков возвращения к человеческому виду.
— Удивлен? — ярко улыбнулся Миша, заметив пронзительный взгляд брата.
— Я жду объяснений, — холодно произнес Зиргрин, полностью высвобождая давление своей родословной.
Глава 23
Михаил, ощутив нечто, чего совершенно не ожидал и к чему не был готов, резко побледнел. Зиргрин в его глазах сейчас выглядел высшим существом, разгневанным богом, перед которым можно было лишь преклоняться, не смея поднять головы.
— Что происходит? — занервничал Евгений Матвеевич, наблюдая, как бокал выпадает из побледневших пальцев старшего сына, а сам Миша сползает на пол, принимая совершенно не вязавшуюся с ним коленопреклоненную позу.
Зиргрин, осознав, что вызвал странную реакцию брата на глазах у отца, резко скрыл давление родословной. Он не говорил, кем именно является для своего народа, как и вообще ничего не рассказывал об арханах.
— Все хорошо, — жестко произнес Зиргрин, наблюдая, как ошарашенный брат поднимается с пола, опасливо поглядывая в его сторону и не смея открыть рта. — Нам с Мишей нужно поговорить. Не возражаешь, если мы воспользуемся твоим кабинетом?
— У вас от меня какие-от секреты? — нахмурился отец.
— Просто не хочу вовлекать тебя до того, как мы придем к определенному взаимопониманию.
— Хорошо, — неохотно кивнул Евгений Матвеевич.
Михаил безропотно проследовал за Зиргрином. Парень же, в свою очередь, плотно закрыл дверь и отключил единственную скрытую камеру в этом месте.
— Теперь повторюсь, я жду объяснений.
— Слушай, — поперхнулся Миша, вновь ощутив давление и гнев холодно наблюдающего за ним Зиргрина. — Я… Саша, убери это, я с мыслями собраться не могу!