— Нет, конечно.
— А тебя зачем тогда превратили? И вообще, каково это?
— Каково? Таково же, как и быть человеком. И меня не превращали. Это немного иное.
— Что именно?
— Смерть, — тихо выдавил Зиргрин. Неприятные воспоминания об Отстойнике снова всплыли на поверхность, из-за чего настроение безвозвратно испортилось. — Слушай, не спрашивай меня.
Бросив эту фразу, он направился в сторону махавшего им руками человека, выбравшегося из ближайшего вертолета.
Обратный путь занял несколько часов. Парень мог бы переместиться через духовные слои, но решил без необходимости не травмировать себе душу. Спешить было некуда, да и хотелось подумать о многом. Проблема с увеличением сил выглядела неразрешимой. Сейчас он казался себе практически бараном, которого откормили, чтобы зарезать. Иллит может убить его, если ничего не предпринять. Так ничего и не придумав за время пути, Зиргрин, вместо того, чтобы отправиться домой, просто позвонил отцу и сообщил, что с ним все хорошо, после чего переоделся прямо в Ведомстве и попросил отвезти его в храм Урташа. Являясь главой алхимической лаборатории, он обладал правом воспользоваться любым свободным служебным автомобилем с водителем.
Появившись в храме, парень сразу же направился в ту же отдельную комнату, где Урташ принимал его в прошлый раз. Увы, но трон был пуст. Бога в храме не оказалось. Вместо него архана встретил его собственный брат.
— Он предупреждал, что ты явишься, — усмехнулся Миша, выходя навстречу и протягивая чешуйчатую руку. Здесь он не скрывал своей внешности, практически уже привыкнув к новому телу.
Зиргрин ответил на рукопожатие, осматривая брата. За прошедшие месяцы он сильно изменился. Стал гораздо более сдержанным и уверенным в себе. Жреческие одежды, которые тот носил, придавали ему в этом месте ауру таинственности. От прежнего неуравновешенного наркомана не осталось и следа.
— Мне нужно с ним поговорить.
— Саня, он не хочет. Велел передать, что у тебя есть все необходимое. Нужно только немного подумать. Ты понимаешь, о чем он?
— Черт, — выдохнул Зиргрин, не удержавшись от змеиного шипения. — Если бы понимал, не пришел бы сюда!
Парень ощущал досаду. Этот четырехкрылый снова издевался над ним! Подумать, говорит, нужно. Да он каждый день только и делает, что думает об этом! Но Урташ ему еще ни разу не соврал. Недоговаривал — да, но не врал. Выходит, он что-то упускает? Что?
— Иди домой, — похлопал его по плечу Миша. — Вид у тебя какой-то замученный.
Не имея другого выбора, парень покинул храм. После столь долгой командировки его не будут трогать какое-то время, так что у Зиргрина появилось окно времени, в котором он мог бы заняться алхимией и размышлениями о своих дальнейших шагах. А еще оставался первый примеченный им кандидат для обучения в тени.