— Гильдия не станет вмешиваться, — ответил Зиргрин, отступая от Тима и занимая место в первом ряду перед линией крови. — Жизнь и смерть этой тени в его собственных руках.
— Я твой должник, — кивнул Беспалый.
— Ты научил меня управляться с веслами. Это было для меня новое и неожиданное знание, так что считай, что мы квиты, — усмехнулся архан.
— Так это был ты тогда!
Несколько лет назад, еще будучи Тенью Ренана, Зиргрина направили в качестве посланника к Беспалому. Тогда он переместился на «Синего Дьявола» при помощи подконтрольных духов, но обратно, из-за того, что капитан решил немедленно отправиться на встречу с Ренаном, архану пришлось освоить навык гребли.
Харк рассмеялся. Со стороны пиратов также послышались смешки, однако очень скоро атмосфера вернулась к изначальной напряженности. Беспалый посмотрел на ошарашенного происходящим сына, после чего оскалился.
— Раз уж ты пришел сюда, желая меня убить, то должен принять последствия. Что скажешь, щенок? Ты посмеешь?
Тим меньше всего ожидал, что его встретит преемственный круг. В пиратской традиции власть не переходила от отца к сыну, однако сделать это было все еще возможно. Для этого требовалось убедить подчиненных в своих способностях, убив отца в кругу преемственности. Разумеется, идя на это, отец должен быть уверен в способности преемника занять его место. Индивидуальная сила — это далеко не все. Тем не менее, благодаря Латайне и докладам принятых в команду теней, Харк точно знал возможности Липучки. Парень был довольно посредственной тенью, но как командир и стратег превосходил на голову многих военачальников. В глазах Беспалого этого было достаточно. Он был проклят и медленно гнил заживо. Если бы не амулет Латайны, то Беспалый давно уже мог превратиться в зловонную гнойную лужицу. Его флот должен был перейти в руки преемника, но среди подчиненных не было никого, кто смог бы занять его место. Попытавшись передать власть одному из заместителей, капитан обрек бы свой флот на раздробление и исчезновение. Нечто подобное на Архипелаге происходило регулярно, и Беспалый не хотел, чтобы дело его жизни постигла такая участь.
— Мне не нужен твой флот. Я здесь, чтобы исполнить предсказание. Ты еще помнишь его? То самое предсказание, из-за которого мне, словно бешеной собаке, пришлось бежать до тех пор, пока я не оказался в «клетке»?
Беспалый расхохотался, после чего полоснул лезвием сабли по обнаженной груди, позволяя крови проступить из неглубокого пореза.
— Хватить ныть, паршивец. Иди в круг и сражайся. И пусть Морской бог решит, кому из нас жить, а кому умереть.