— Дельно, — наконец согласилась Вероника, и я отправился по делам со спокойной душой.

Не хватало, чтобы Вероника себя загнала, это в восемнадцать лет можно пахать сутками, а она немолодая, ей больше пятидесяти, если не под шестьдесят.

Домой я добрался без двадцати девять, оставил мопед на улице и понес коробку с тортом маме. Постучал в дверь. Так непривычно стучать в собственную квартиру и ждать, когда тебе откроют.

— Кто? — донесся настороженный мамин голос.

— Воры, — отозвался я и услышал реплику, адресованную не мне:

— Это Пашка. Заходи.

Щелкнул замок, и я вошел. Мама ринулась обниматься, но я шарахнулся — не хватало еще уронить коробку.

— Тише! Я подарок принес. Идем на кухню. Вот! — Я поставил коробку на стол. — Открывай.

Отчим пожал мне руку и прищурился:

— Завтра бы подарил. Примета плохая.

— Завтра еще другое подарю. Этот — нужно сегодня. Только, ма, очень аккуратно!

Мама вскрыла коробку острым ножом и ахнула.

— Вася, ты посмотри, какое чудо!

Василий никак не отреагировал. Она обняла меня, прижала к себе.

— Пашка, спасибо огромное!

Я вспомнил маму, какой она была год назад: вечно растрепанная, сероволосая, замызганная, с погасшим взглядом. Та женщина строго выполняла указания отца и пресекала телячьи нежности, дабы нас не разбаловать, а тут защебетала, ожила. Каким бы отчим ни был, маме с ним хорошо, и это главное.

— Где ты купил торт? Я в магазине таких не видела.

— Мне на заказ его готовили, — честно признался я. — Если кому нужно на день рождения или другой праздник, обращайтесь!

О том, что мой бизнес-партер — Лялина, с которой ей много лет изменял отец, я пока говорить не стал. Они с Анной на моем дне рождения друг на друга не кидались, но мало ли.

Мама показала мне свадебное платье — светло-бежевое, длинное, атласное, похвасталась, что тоже на заказ шила. Продемонстрировала туфли, рассказала о прическе. Отчим бурчал, что это плохая примета, но ей очень уж хотелось поделиться, а мне хотелось зевнуть. На моем месте должна быть Наташка, она бы прониклась женскими разговорами.

В девять часов пришел невысокий пожилой мужчина, похожий на цыгана, продал мне десять акций винзавода за сто тридцать тысяч. Все, теперь моя миссия в родительском доме была выполнена. Я подошел к телефону, набрал оператора и попросил соединить меня с Москвой, продиктовал номер, ощущая, что позади кто-то стоит.

— Ты по межгороду отсюда не звони, очень дорого, — проворчал… вот сейчас хотелось назвать его Квазипупом.

Вот же жлоб какой! Хотелось напомнить, с чьей подачи он сейчас хорошо зарабатывает, благодаря кому появился телефон в квартире, но накануне свадьбы ссориться не хотелось, потому я молча вынул из кармана тысячную и положил на тумбу.