Или все-таки сон? Все-таки сюр в увиденном был: я не ощущал себя шестидесятилетним! Мои руки были, как у молодого человека лет тридцати. Или это искажение восприятия?

Я не находил себе места, крутился волчком, отчаянно пытаясь заснуть, потому что очень хотелось с кем-то поделиться. Ну а вдруг повезет, и меня перенесет в гости к Ноо? Но, естественно, спать не получалось, и я искренне завидовал посапывающему Борису.

Летом у него получалось работать практически каждый день, и он был безмятежно счастлив. До трех-четырех вечера он торговал возле кондитерской, потом ехал домой, или на тренировку, или на море, а вечером рисовал. Дела у него шли неплохо и тому доказательство — новые вещи. Например, вот эта футболка со Сталлоне, аккуратно развешенная на стуле.

Наташку из болота я вытянул, и она нашла свой путь. Борис тоже нашел. О них можно не волноваться. Если нужно, подталкивать, поддерживать, и они не собьются с пути.

Мысли снова и снова возвращались к будущему, где я был призраком.

Поняв, что только зря изведусь, я поднялся, на цыпочках прошел в ванну, чтобы освежиться и начать функционировать, но воду еще не дали. Однако у нас всегда имелся запас в виде двух ведер и таза. Оттуда я и облился ковшом, почистил зубы и пошел на кухню, жадно косясь на телефон. Как же хотелось позвонить Илье и все ему рассказать! Как все-таки здорово, что я ему открылся, нести такой груз в одиночестве очень сложно, а Илья проникся и готов стать верным соратником.

Но на часах только пять утра! Придется потерпеть до восьми тридцати — в это время Илья просыпался.

Чтобы не слоняться без дела, я открыл ежедневник, а то в последнее время стал забывать важное. В планах на сегодня был только московский лагерь. А именно — распределение по группам и вечерняя тренировка. Надо предварительно переговорить с директорами, обсудить, когда лучше проводить тренировку: перед ужином или после фильмов, когда станет попрохладнее. А может, вообще перенести сеанс на обед, когда даже на море ходить жарко, а в кинотеатре прохладно.

Да, наверное, так оптимально: сеанс после обеда. Купание перед ужином. Тренировка в полдевятого, когда как раз пища утрамбуется. Ну а потом — душ, стакан кефира перед сном — и на боковую.

К тому же так тренировки не будут совпадать с нашими, и не пойдут сплошным потоком. Проводить их будем на спортплощадке, потому что больше негде. Надеюсь, директор выделит несколько убитых матов для уличной эксплуатации.

От нечего делать я накидал план будущей тренировки и подумал, что Любку мы переведем к девочкам-москвичкам, потому что она не тянет и не стремится развиваться, ей главное — быть рядом со мной. Вспомнилось, как за ней увивался Чума, и она принимала его ухаживания. Вот бы у них произошел контакт! Они друг друга с полуслова понимать будут, и Любка обретет уверенность, потому что появился кавалер, и Чума будет стремиться к большему, выровняется.