Плечистый повернулся к отряду и предложил:

— А давайте каждый день тренироваться? Ни у кого ничего не получится, кроме нас! Всех победим!

Его предложение встретили с радостью. Мне тоже было приятно наблюдать их рвение, и я взял на заметку способ Наги сплотить коллектив.

Все это хорошо, но я не рассчитывал каждый день пахать! Похоже, поначалу придется, для блага дела надо, потом придумаю, как делегировать полномочия. Если в какой-то день не смогу, Рамиль меня подменит.

Прежде, чем их отпустить, я спросил:

­— Кто остается в августе?

К моей радости, Санек-пловец поднял руку.

После тренировки я рванул к Илье, чтобы позвонить Наташке и узнать, как прошло собеседование, потому что, пока доеду домой, меня разорвет от любопытства.

Но на выходе из школьного двора встретил ржущих, как лошади, кобылиц — подопечных Гаечки. Саши с ними не наблюдалось, хотя она должна была сопроводить их в школу. Пять кобылиц стояли возле ворот, а другие пять спрятались в курилке.

— Сенсей! — воскликнула фигуристая армянская красавица. — Научи, сенсей.

Меня обдало трупной вонью. На миг показалось, что вместо темных глаз — пустые глазницы, откуда на меня глядит темнота. Ненависть, жажда смерти…

Я выдержал взгляд, мысленно отказываясь чувствовать вонь.

На мне повисла темноволосая с каре:

— Не губи, сенсей.

Я сбросил ее с себя, глянул в курилку и спросил, с трудом подавляя раздражение:

— Так, красавицы, и зачем вам тренировки, отжиматься и потеть?

Блондинистая милаха объяснила:

— Мы думали, у нас будет нормальный тренер или ты. Или тот парень, который на шпагате сидел. Так-то нам не надо.

Я еще раз глянул в курилку и никого там не обнаружил.

— И освобождения у вас, как я понял, никакого нет. Согласен, красавицы, вам не сюда, вам — на дискотеку. Больше не приходите.

Я зашагал прочь. Похоже, звонок Наташе придется отложить.

— Ой-ой-ой, какие мы строгие!

— Бу-бу-бу… такая провинция! — проговорил кто-то из них с прононсом.

— Да по фиг… сопляк, кто его спросит. Строит из себя…

Надо было отговорить Гаечку брать под опеку этих пригламуренных кобылиц, мающихся от безделья. Ускорил шаг, а когда скрылся из вида, побежал, предчувствуя неладное. Гаечка должна была сопровождать девчонок до входа в школу, но ее нет. Почему?

Только бы не драка! Впрочем, если бы Саша кому-то двинула, кобылицы побежали бы жаловаться, а так вроде целые были. Правда, тех, кто в курилке, я не рассмотрел. Или не побежали бы жаловаться, если первые начали, да вдесятером — на одну?

Двор Илюхиного дома я пересек бегом. Серый кот рванул в серые сумерки.

Дверь в подвал была распахнута. Закрыв ее за своей спиной, я сбежал по ступеням, топая специально громко.