Кстати! Может, и хорошо, что богине его душа не перепадет. Человеком-то его в полной мере не назовешь, в его венах течет непростая кровь. Ну как Морана с берегинями не ладила и душа их потомка, отданная ей, вызовет некие неприятные последствия как для нее, так и для меня? Вдруг эти покровительницы лесов, полей и рек не ушли в никуда вслед за остальными представителями славянской мифологии и до сих пор бродят по Руси? Или в туманах Нави? Кто его знает.

За всеми этими размышлениями я и не заметил, как мы добрались до конечной точки поездки. Мало того, мы еще минут пять на парковке у закрытых ворот простояли, пока наконец Жанна не заорала мне прямо в ухо:

— Сашка! Мы на месте! Можно за малым идти!

— А? — встрепенулся я. — И правда, приехали.

— Точно так, — ответил водитель. — Только закрыто все. Вечер, почти ночь.

— Это ничего, — сказал я, открывая дверь. — Нестрашно. Вы никуда не уезжайте, я минут через десять вернусь, и двинемся дальше.

Павлик, как обычно, раскачивался на ветке дерева, близ которого находилась его могила. Заметив меня, он, против обыкновения, не стал выяснять, за ним ли я пришел и как скоро он покинет это место. Нет, он сделал вид, что вообще меня не замечает.

— Обиделся за прошлый раз? — без всяких предисловий уточнил у него я. — За то, что я тебя не с собой взял, а обратно сюда привел?

— Может быть, — независимо ответил призрак.

— Ну и зря, — я повел плечами, поскольку температура воздуха стремительно падала. Днем еще стояла жара, такая, что дышать было нечем, но сейчас от нее и следа не осталось. В Москву явно пожаловали дубовые холода, обычное в конце мая явление. — Сам посуди, куда мне тебя девать? В дом я тебя пригласить не могу, это против правил — и моих, и тех, что установили домовые. Слышал о таких?

— Домовые? — изумился мальчик. — А они существуют? Серьезно?

— Конечно, — усмехнулся я. — И с чего такое удивление? Ты же тоже существуешь, хотя с точки зрения науки это нонсенс. И домовые есть, и вурдалаки, и оборотни.

— Про оборотней знаю. К нашему старшему время от времени они в гости захаживают.

Да? Как интересно. Надо будет с ним на эту тему еще пообщаться, но за пределами погоста. Такая информация лишней точно не будет.

— И что мне с тобой делать? Посадить на лавочку у подъезда, чтобы ты на ней сутками сидел? Так ты сбежишь в город и там непременно дел разных натворишь. Ведь так же?

Павлик промолчал.

— Так, — продолжил я. — А дальше все будет скверно. В Москве есть те, кто следит за такими, как мы. Работа у них такая — охранять общественный порядок. Поймают они тебя сразу или чуть позже — не знаю, но до меня эти люди доберутся довольно быстро, уж поверь. И сразу предъявят претензии, потому что я отчасти за тебя в ответе. Вот и рассуди, мне оно зачем?