Ну да, это и есть основная причина. Хочет он свою мохнатую задницу на натуральную кожу салона усадить. Мало того, вон у него в лапе смартфон виднеется. Он, зараза такая, еще и селфи делать станет, чтобы после ими подъездным и собратьям хвастаться. Мол, вон в какой машине я ездил! Не то что вы, сиволапые!

— А если ты о том, что я без спросу показался, — так он же наш! Ему можно!

— Прикольный какой! — рассмеялся Швецов. — Привет, Родион. Я Валера.

— Мое почтение, батюшка Хранитель Кладов, — Родька поклонился хозяину машины. — Чтобы, значит, у тебя сила не переводилось, лиходеи твои захоронки седьмой дорогой огибали, а Полоз-златолюб меру знал!

— Ого, — Валера снова глянул назад. — Наговаривает на тебя хозяин. Вон ты и вежливый, и присловки старые, которые никто почти не помнит, знаешь. Я такое приветствие только один раз и слышал.

— Чего ж мне его не знать, коли один из моих прежних хозяев с таким же, как ты, дружбу водил? — изумился Родька. — Лет сто назад, ага. И даже больше.

Вот же скотина мохнорылая! И хоть бы словом раньше обмолвился!

— Да? — посерьезнел Валера. — А потом, если время будет, ты мне про него поподробнее расскажешь?

— Как хозяин рассудит, — отозвался мой слуга. — Коли разрешит, чего бы и нет?

— Нет, ты определенно не прав, — улыбнулся Хранитель Кладов. — Вон он какой у тебя вежливый и исполнительный.

— Потому что на людях, — фыркнул я. — Он всегда в таких случаях паинькой сначала прикидывается, а потом, как чуть освоится, сразу наглеть начинает.

— Зря ты так, хозяин, — насупился Родька, а после полез на сиденье, шикнув при этом на Жанну: — Подвинься! Расселась тут, понимаешь, как царица!

— Это он с кем сейчас? — уточнил у меня Валера.

— С моей помощницей, — охотно ответил я. — Она у левой двери расположилась. Зовут Жанна, в прошлом модель. А справа Анатолий, он раньше работал таксистом в Шереметьево. Кстати, в восторге от твоей машины.

— Мечта, а не аппарат, — подтвердил Толян. — Лямов на тринадцать-пятнадцать тянет, не меньше. Явно на заказ делали. И движок небось не серийный.

— Добрый день, — произнес Швецов. — Опять же, рад знакомству.

— Какой вежливый, — прощебетала Жанна. — И хорошенький! Жалко, что мы раньше не встретились.

— Кто о чем, а вшивый все о бане, — притворно сплюнул Родька, а после на всякий случай потер сиденье лапой, давая понять, что он чужое добро уважает. — Да он на тебя и живую-то смотреть не стал бы, а уж мертвой ты ему вообще сто лет не сдалась.

Швецов, который, похоже, понял, что к чему, засмеялся.

— Вот такая у меня компания, — подытожил я. — Еще есть мальчик Павлик, но его я с собой не взял.