На самом деле, я, конечно, могу прыгнуть прямо в кабинет. И прямо сейчас. Но светить свои способности до конца перед «работодателем» мне неохота, поэтому приходится соблюдать конспирацию. И когда меня можно отследить — а сейчас именно такой случай — я пользуюсь транспортом, как все нормальные люди. Поэтому, разница в сроке прибытия — это только мой личный комфорт: то ли мне срочно напяливать одежду и выскакивать на улицу, одновременно вызывая такси, то ли можно проснуться как следует, в душ занырнуть, пожрать чего-нибудь, если найду. Машу поцеловать, если она будет в настроении. Или даже если не будет, но тогда времени надо ещё больше. На уговоры.

— Дело не настолько срочное, я спрашиваю исключительно для того, чтобы мне самому приехать в нужный момент. Через два часа будет вполне приемлемо, — успокоил меня куратор.

— А, ну тогда вообще без проблем, то есть, в 11 в офисе? какие-то дополнительные пожелания есть? — сразу спрошу, чтоб потом не перезванивать.

— Сегодня никаких дополнительных условий нет. Договорились на 11 утра, в офисе. До встречи, Александр, — попрощался ИванГеич.

* * *

ИванГеичем мой непосредственный контакт в Концерне так СБшники окрестили — они его здорово не любят, по очевидной причине, хотя и вынуждены терпеть: он почти всем из них — начальство, и немалое. А вот я вполне с ними сошелся, несмотря на первоначальную зарубу, — всего и надо оказалось передать через охрану пакет с самогоном и салом из первой же партии «от Антона», которую я привёз попробовать продать в Москве. Они по этому добру, оказывается, умирают буквально — вот с чего бы, спрашивается? Впрочем, мне это пофигу, главное, что то ли они это в качестве извинений моих приняли, то ли просто как дружеский подгон, но через день ко мне в «кабинет» ввалился сам начальник СБ с Алексеем и ещё каким-то жлобом, и они принялись нахваливать первач и говорить что-то типа «ты вроде так ничего себе пацан».

причём, я ж вижу, что это все — театр юного зрителя. Ну а я чо? Мы теперь тоже такое умеем. Я, молча сделал шаг назад, уклонился от их «дружеских» хлопков по плечам и тычков кулаком в грудь, по максимуму, секунд 30 понаблюдал строгим взглядом наползающее на их лица настороженное выражение, обошёл свой стол, вытащил из-под него коробку и бухнул её прямо на бумаги. А в коробке — всё, что я притащил. Ну — остатки, так-то, коробки две было. Там и сало, и первач, и консервы какие-то домашние, колбаса кровяная самодельная — это вот что вообще такое? Ни разу не пробовал. Приглашающе показываю рукой. Эти сначала осторожненько так открыли, как будто там мина взведенная, заглядывают, а потом — такое ощущение, что они туда, как коты, наполовину залезли всей бандой! Только задницы торчат. Шучу, коробка маленькая, да и забита плотно, эти шкафы туда не поместятся. Особенно, непредставленный третий — вот нахрена такие в СБ вообще? Всегда думал, что в «службах» нужны шустрые да умные, а это типичный… даже не знаю кто. Не боевик — вот как раз наш генерал больше всего на боевика похож, и, как мне кажется, заломает верзилу даже сейчас, в свои «под 60». А этому только вышибалой работать, устрашать одним своим видом. Или его для престижа держат, что ли? Типа, статусный аксессуар, как Майбах? Впрочем, это дело не моё.