— А ты думал? Ностальгия — вещь такая! — вытирая белые кефирные «усы», заявил мне Иван. — Вкус детства!

— Б-р-р-р, никогда его не любил, — поёжился я.

— Ты просто ничего не понимаешь! Вот поживи с моё тут, в Америке — научишься Родину ценить! — легкомысленно отмахнулся этот «патриот» заморский. — Кстати, ты там как — переехал уже? Не подумай, что на новоселье напрашиваюсь — уж очень далеко! — смеётся.

— Не, пока ничего подходящего найти не могу, — с сожалением констатировал я.

— А то давай к нам! Всё подберем в лучшем виде — квартиру, машину. Жену! — агитирует белорус в американском окрасе.

Жену… хрена там её подберёшь так просто. Плавали, знаем. Сердце кольнуло опять.

И тут… не знаю, что на меня нашло, но я выложил Ивану всё. Ну как всё — не совсем, конечно. Всё про Машу. Видимо, подспудно я чувствую какую-то вину, если не перед ней, то хотя бы перед собой. Всё же мог, мог я ещё побороться! Наверное. Но не стал. Ограничился звонком. Хотя, конечно, даже звонок — это очень много. И риск, и шаг навстречу, после всего того, что я прочитал у Лысого. Я-то на неё точно никаких показаний не давал!

Иван думал недолго. Просто выслушал меня, налил по рюмке, молча стукнул своей в мою, ещё стоящую на столе, и выпил. Ну и я тоже, чего ждать?

— Забей, — он смачно захрустел огурцом.

Я подождал, в надежде на развитие, но не дождался, пришлось толкать:

— В смысле — забей? На что?

— Не на что, а на кого. На Машу свою забей. Вернее, теперь не твою, а свою собственную, — и опять замолчал.

Но мне уже надоело, больше торопить неохота. Пусть сам говорит.

Иван добил свой огурец, посмотрел на меня пристально, выложил руки на стол — даже тарелку отодвинул. Ну — давай уже! Лекция, я понял.

— Понимаешь, все люди разные. Ты вот веришь в то, что бывают родители, которые за своими мелкими детьми в огонь на пожаре не полезут?

— Ну, допустим, верю, — нерешительно начал я, но он меня тут же перебил:

— Да какой там «допустим»! Я по молодости работал в пожарке, — на мой удивлённый взгляд он кивнул и пояснил: — год всего. Но насмотрелся — всякого! Герои только в книжках бывают, а чаще всего люди стоят на улице и ждут пожарных. Как же — мы ж «профессионалы»! Щас прилетим в голубом вертолёте и всех спасём. Гражданам рисковать не обязательно. Так и у тебя. Думаю, её просто кгбшники твои взяли в оборот, она и раскололась.

— ФСБшники, — механически поправил я.

— А, один хрен, — отмахнулся Иван. — С чего ты взял, что она вообще должна была в Зою Космодемьянскую играть? Запросто пришёл кто-то подкованный, вежливый да внимательный, напел, мол, враг не дремлет, война у ворот, гражданский долг. Ужасные преступления расследуем. Бумажку какую-нибудь показал, убедительную. Издали. Ордер там, или «дело-номер»… Что, скажешь, не может быть такого?